— Почему в тридцать-то? — удивилась я.
— А что? Ты торговаться хочешь?
— Разумеется, нет. Я и одного реала бы вам не дала.
— Конечно, — маркиз кивнул, мерзко улыбаясь. — Потому что у тебя денег нет. Но ты не волнуйся. Просто отработаешь мне необходимую сумму. Только и всего. Дай твою сумку.
— Ещё чего? — я нахмурилась и попятилась.
— Куда же ты? — маркиз рассмеялся. — Неужели думаешь, что сможешь убежать от нас в своей юбке? Да и мы всё равно от тебя не отстанем. Тебе никуда не деться из академии. Так или иначе, расплатиться всё же придётся.
Мимо проходили другие студенты и бросали на нас недоумённые взгляды. Я могла бы обратиться к ним за помощью, но не хотела втягивать посторонних в свои проблемы.
— Что происходит? — Возле нас остановилась Мила Листвард.
— О! Мила! Доброе утро! Ты уже позавтракала? — я улыбнулась девушке.
— Ага, — Листвард кивнула, немного озадаченно. Почему-то у неё в руках была тяжёлая мужская трость с массивным шаром на конце, в качестве ручки.
— Иди отсюда! — угрожающе сказал Аванис, нахмурившись. — Ты не видишь, что у нас с ней разговор⁈
Мила посмотрела на него и снова повернулась ко мне.
— Может мне позвать кого-нибудь, — спросила она чуть тише.
— Нет, — я, улыбаясь, качнула головой. — Всё хорошо. А ты почему с тростью ходишь?
— Меня попросили отнести эту штуку в медпункт.
— Отлично. Можешь одолжить мне её на минуточку?
— Конечно, — Мила протянула мне тяжёлую палку. Я покачала её в руке, оценивая вес, а потом ловко прокрутила, перебирая пальцами, изображая мельничное колесо, так быстро, что трость превратилась в мельтешащий круг, и послышался свист ветра.
— И что ты задумала? — Генрих скептически усмехнулся. — Неужели полагаешь, что тросточка тебе поможет? Дюк, ты это видел? Кажется, нас собираются палкой побить.
— Ага!
Парни рассмеялись.
— Тебе бросили вызов, маркиз! — давясь смехом, сказал Либрен.
— Воистину. Поверить не могу, что этот день настал. Господи! Ну и цирк! Я сейчас со смеху помру, — Аванис пальцем потёр под глазом. — Ладно. Кажется, пришло время кое-кого проучить, чтобы не зазнавалась. Дюк, будь добр, принеси мне вон ту метлу.
Вокруг собиралось всё больше зевак, шедших из столовой, но решивших остановиться, чтобы поглазеть на это бесплатное представление.
— Будь осторожна, — сказала Мила тихо. — У Генриха четвёртое место в зачёте по фехтованию. Думаешь, ты справишься с ним?
— Сейчас посмотрим, — я улыбнулась. — Спасибо. Отойди, пожалуйста, на тридцать шагов. Мне нужно пространство.
«Представления не имею, справлюсь я с ним или нет. Я волшебница, а не мечник. Если этот парень, действительно, талантливый фехтовальщик, то мне несдобровать. Но в первую очередь, это дети. Вряд ли кто-нибудь из них был в реальных боях. Опыта у них ноль. Поэтому кое-какая надежда у меня есть. Генрих физически сильнее меня. Но я, возможно, более проворная и ловкая. Если же это не так, то мне конец».
Пока Дюк ходил за метлой, я закинула трость на плечи и начала делать простые упражнения, разогревая мышцы и готовясь к бою. По толпе зевак покатились удивленные голоса.
— Они драться будут? Что происходит вообще? Ты когда-нибудь видел такое?
Аванис, глядя на меня заметно помрачнел, и у него пропала улыбка с лица.
«Ну что?» — думала я про себя. — «Начинаешь относиться ко мне серьёзнее? Думал, всё будет просто и легко? Достаточно немножко запугать новенькую, чтобы она покорно служила тебе, как верная собачка? Но всё постепенно заходит слишком далеко. И последствия могут стать весьма неожиданными. Правда, я сама пока плохо представляю, что буду делать, если меня сейчас побьют. Как я отмоюсь от такого позора? Ну, да ладно. Будем надеяться на лучшее. Я неплохо переношу боль. Таким меня не напугать. Буду стараться сделать, что смогу. Может мне удастся просто измотать противника».
— Вы чего затеяли? — откуда-то слева подошёл Никас Роксфен и схватил Аваниса за руку.
— Отстань, — маркиз нервно дёрнул локтём. Не видишь, у нас битва намечается? Девчонка бросила мне вызов…
— Если бросила вызов, прими его и назначьте официальную дуэль, — перебил Генриха Никас. — Чтобы всё было по правилам.
— Плевать мне на правила, — Аванис усмехнулся. — Она первая начала. Я из неё сейчас отбивную сделаю, и мне никто слова не скажет.
— Скажут, — Роксфен покачал головой. — Драки, в любом случае, запрещены. Вас обоих в карцер запрут или ты опять кучу денег потеряешь. Оглянись. Вон парни из дисциплинарного комитета стоят и на вас смотрят, но ближе не подходят. Видимо, спугнуть добычу не хотят.
Я посмотрела в направлении, куда указал Никас. В тридцати метрах впереди был полукруг декоративных колонн, вокруг большой изящной чаши с водными растениями. Там действительно стояли два парня с гербами дисциплинарного комитета на форме и делали вид, что беседуют между собой, но при этом они внимательно следили за нами краем глаза.
— Проклятье! — маркиз сморщился, как от зубной боли. — Она первая палку в руки взяла.
— И что? — Никас усмехнулся. — Будешь драться с девушкой, опозоришься на всю академию. А если ещё и проиграешь ей, никогда не сможешь оправиться от такого позора.
