— Пока это верно, — ответил, не задумываясь, профессор как о хорошо известном положении, — но нам никто не запретит выступать в защиту прав наемных рабочих, что позволено пока профсоюзам, что мы и должны делать. Мы должны вести за собой рабочих хотя бы в их мышлении, в их миропонимании, в их классовом осознании, как людей наемного труда, не защищенных законом от эксплуатации частной собственностью.
— Верно, выступать в защиту своих трудовых прав нам никто не запретит, — свобода слова! — говори до раздутия живота, все равно тебя никто не слышит, — возразил басовитым голосом человек с суровым, морщинистым, загорелым лицом, на котором навек отпечаталось горновое пламя, и глаза его имели блеск от чугуна, и широкие, густые брови, казалось, были предназначены от природы для горнового, чтобы прикрывать глаза от адского огнища.
— А коли заставишь тебя услышать, — сердито вставил в слова горнового сидящий рядом с ним еще молодой, по сравнению с другими, человек с коротко остриженной головой и с выразительным красивым лицом, — то при выходе с работы перед тобой с почетом встретят бравые полицейские, как в старину, и ты тут же получаешь возможность наслаждаться либерально-демократической свободой, а слова капиталистической лукаво избегают.
Его слова были встречены дружным веселым смехом, а когда посмеялись, еще один пожилой человек в белой отглаженной сорочке с отложным воротником, открывавшим жилистую шею, и с серьезным, чисто выбритым, сухим лицом рабочего человека, озабоченного трудовыми и житейскими проблемами, заговорил неспешным, слегка горловым голосом:
— Все мы, коммунисты, у них под колпаком и на полулегальном положении. На территории завода проведение партсобраний и вообще каких-либо собраний рабочих запрещено, а в Доме культуры, в клубе, в библиотеке или еще где — пожалуйста, но за аренду помещения требуют платы, во всем коммерческая выгода, особенно с тех, кто под полузапретом. А с чего я могу платить, если даже зарплата — кот наплакал и та с задержкой. Вот и получается — не запрещается компартия, но не дозволяется. И перед всеми нами, начиная с товарища Зюганова, нашего партийного председателя, калитка закрыта и звонок снят.
— Опять же — демократическая свобода для тех, у кого в кармане зелененький хрустит, — смеясь, дополнил молодой человек.
Во время завязавшегося разговора Аркадий Сидорович молча и терпеливо стоял за столом, широко улыбаясь своими розовыми губами и поглаживая бородку, давая людям случай высказаться на миру по наболевшему и тем позволяя обрести душевное облегчение и войти в морально-идейное единение, а во время серьезного разговора и нарождается между людьми самая подходящая душевная близость. Замечено, что душевная и идейная близость соединяются в человеке, как две родные сестры, и крепко сосуществуют на одной крови, подкрепляя друг друга в красках образа человека.
Когда Аркадий Сидорович почувствовал, что в основном горячка от наболевшего иссякла, заговорил сам:
— Все вы правильно сказали, но это лишь подтверждает то, что нам совместно надо искать и вырабатывать соответствующие и гибкие методы борьбы. Имейте в виду, что мы оказались в условиях навязанной нам классовой борьбы, в совершенно неожиданных, неизвестных, не изученных и не освоенных нами условиях. Поэтому нам не только не грешно, не позорно, но совершенно необходимо приспосабливаться к буржуазным условиям жизни и, скажу больше, к условиям новой для нас психологии рабочих, еще не сформировавшейся, не устоявшейся, классово не выразившейся, приспособленческой, угодничающей, трусливой психологии эксплуатируемого, бесправного человека, еще не осмыслившего своего бесправия. Психологию этого эксплуатируемого, бесправного человека труда нам, коммунистам, надлежит формировать, вырабатывать до пролетарского понимания своего бесправия, осмысления причин и корней этого бесправия, которые кроются в том, что рабочие лишены орудий труда. Но это процесс длительный. А нам нужна уже сегодня борьба за права трудового человека, необходимо уже сегодня оружие борьбы. Таким единственным оружием для нас является наше объединение, солидарность, поддержка товарищей по классу, по идеологии, по целям борьбы. Объединение надо начинать с объединения партийных сил. Первичные партийные организации это чувствуют и дошли до понимания и высказывания за то, что пришло время создать районную партийную организацию во главе с районным комитетом партии. Областной комитет партии у нас уже существует, он уже объединяет 12 райкомов партии, при нем действует оргкомитет по объединению первичных организаций в районные организации, а ваш покорный слуга член оргкомитета и уполномочен помочь вам создать районную парторганизацию.
