Аркадий Сидорович принял это предложение в согласии со своим скрытым намерением распространиться о партийной жизни, в которой не только раскрывается способность вожаков первичек, а в целом активность общественной жизни, и спросил:
— Предложение Станислава Алешина я считаю полезным, если товарищи не имеют ничего против. Как? — этот вопрос он сначала обратил к Костырину и Полехину, инициаторам проведения совещания, а потом ко всем остальным.
— Предложение дельное и полезное, — отозвался Костырин, а Полехин кивнул головой. — Потратим еще минут тридцать-сорок. Вы, Галина Сидоровна, не будете возражать, как хозяйка кафе?
— Нет, разумеется, убытка мы не понесем, а понесем — наверстаем, — живо откликнулась Галина Сидоровна.
— Ты, Станислав, внес предложение, так и начни первый, а мы послушаем, да еще, может, и покритикуем, — пробасил горновой.
— Я не возражаю и первым высказаться. Разобщены мы пока, потому полезно будет узнать друг о друге, если, конечно, мы все с политическим интересом и с личной совестливостью и ответственностью, сознательно взялись вожательствовать среди коммунистов, — поднялся и горячо заговорил Алешин, качая своей стриженой головой.
Петр отметил, что Алешин, этот, наверно, не больше, как тридцатилетний, по-молодому крепкий человек, стриженный модно под бритоголовых, вел себя бойко и уверенно и вызывал к себе интерес, и было любопытно, как он оказался среди секретарей парторганизаций, сохранившихся в условиях запрета и преследования со стороны верховной власти, а о позиции верховной власти постоянно, хотя и стыдливо, напоминали и местные власти. Петр уловил его слова и о политическом интересе к вожатости коммунистов, и к личной совестливой ответственности, и к сознательности за взятое на себя дело и подумал, что не случайно Станислав Алешин взялся за руководство какой-то парторганизацией, и с любопытством стал слушать, видать, ершистого и напористого парня.
— Наша парторганизация будет для всех вас нетипичная по современному положению, — продолжал Алешин, словно с удовольствием оттого, что он скажет. — Во-первых, потому, что сохранила половину дозапретного состава, во-вторых, потому что практически не прекращала своей партийно-политической деятельности, в-третьих, наш директор АТП, то есть автотранспортного предприятия Трофимов Роман Андреевич не выходил из партии, не запретил на предприятии парторганизацию и сам остался в ее составе, правда, не демонстрирует этого, в-четвертых, у меня четыре беспартийных товарища уже спрашивали, когда они могут вступить в коммунистическую партию, — бойко, весело, с живым подъемом говорил Алешин, поблескивая смелыми, правдивыми глазами. — Но вы не подумайте, что все у нас идет без пробуксовки, как по асфальту без колдобин, и наши члены партии не охмурялись демократами. А они и у нас кричали до одурения, зарились растащить хозяйство по кускам. Да коммунисты, оставшиеся верными идее партии, не дали развалить предприятие. На этом и произошло первоначальное сплочение парторганизации. Теперь у нас 21 член партии, а было 53. Даже сам бывший парторг сбежал и несколько человек увлек ненавистью к компартии, не станем этого скрывать. От этого мы не ослабеем, а, напротив, в нашей борьбе за социализм. Другие бывшие члены партии остались на предприятии, от парторганизации не шарахаются, но смотрят на нее вроде со стороны. Секретарем меня сагитировал сам директор, говорил: Ты у нас — забияка, тебе и быть секретарем, как безоглядно смелый и дерзкий. Вот какую мне характеристику дал на партсобрании, но коммунисты его поддержали, и теперь все бывшие у нас демократы от меня и сбежали, как побитые собаки. Правда, по началу и мы собрания проводили в специальном автобусе за пределом предприятия. А теперь собрания наши (все больше открытые) проводим прямо в административном зале. Не буду рассказывать про то, как директор с нами работает по производственным вопросам, а мы с ним, у нас обоюдное понимание и взаимоподдержка, а полезность предложений и начинаний обсуждаем коллективно всем составом работников.
Станислав разговорился, голос его стал спокойным и доверительно-товарищеским, даже дружественным, а у молодых людей так всегда и бывает — дружественное отношение легко появляется, коль скоро они убеждаются во взаимном доверии при общем коллективном деле.
