Он дернулся в сторону; пули просвистели мимо. Вакс помчался прочь от шоссе, перемахивая через машины с изумленными гражданскими, и скрылся между двумя зданиями. Приземлился на асфальт. Ленты по-прежнему развевались вокруг.
«Что-то не так», – подумал он. Для погони он выбрал самый прямой и очевидный путь, но грузовики ехали еще более предсказуемым маршрутом. Неужели его снова водили за нос? Он оттолкнулся от пули, набрал скорость, пользуясь зданиями, как якорями. Окна сотрясались и даже разбивались, когда Вакс корежил металлические каркасы.
В Эленделе он себя сдерживал. Ограничивал силу, чтобы не повредить чужой собственности. Но на этот путь Вакса направил Гармония, и не для того Рассветный Стрелок ушел с пенсии, чтобы осторожничать. На кону – жизни миллионов.
Если придется сломать несколько окон – пожалуйста. Если он будет вынужден свернуть кому-нибудь шею – да запросто. Он перепрыгивал через машины, не обращая внимания на крики испуганных прохожих, и двинулся параллельно шоссе, стараясь поравняться с замыкающим грузовиком, не покидая укрытия из зданий. Выбрав подходящий момент, он выскочил, разбивая вдребезги окна, и рванул наперерез шоссе. Грузовик был там, где он ожидал его увидеть.
Среди обычных машин. Вакс снова скрылся и еще минуту двигался параллельно. Летя по переулку, он чувствовал прилив жизненной силы. Он стал стремительной пулей, толкаемой сталью. Наверное, он слишком долго прожил без этих ощущений и забыл то удовольствие, какое доставляла погоня, однако теперь контролировал себя лучше, чем прежде.
«Нужно остановить грузовик как можно аккуратнее, – подумал он, – на случай, если бомба внутри». Он полагал, что от сильного толчка или удара устройство не взорвется – его недавний эксперимент показал, что для взрыва требуются особые механические манипуляции. Но все равно требовалось соблюдать осторожность.
На следующем перекрестке он посмотрел направо и увидел то, на что рассчитывал: в попытке оторваться от Вакса грузовик выбрался из потока гражданских машин на свободную часть полотна.
Вакс рванулся к нему вдоль шоссе и десятикратно увеличил вес. Как следствие, он замедлился и толкнул грузовик в борт, прижав к дорожному ограждению. Грузовик пошатнулся сильнее, чем хотелось, но все же замедлился.
Вакс поменял траекторию, все еще двигаясь параллельно грузовику, и продолжил вдавливать его в барьер, пока не взорвались шины. Грузовик остановился. Вакс приземлился рядом со сломанной задней дверью и увидел внутри трех перепуганных стрелков. Он вырубил их одного за другим, затем пальнул сквозь перегородку между внутренними отсеками, застрелив водителя в затылок. Кроме этих четверых, в грузовике никого и ничего не было.
Отвлекающий маневр.
Проклятье!
Он снова взлетел, оттолкнувшись от грузовика, раскурочив и без того помятую крышу. Для высокого взлета такого толчка не хватило – чем дальше ты от якоря, тем слабее толчки.
Достигнув предельной высоты, Вакс повернулся, осматривая город в поисках…
Вот. Второй грузовик мчался по шоссе впереди. Почти не меняя курса. Но…
«Грузовиков было три. По крайней мере один – обманка». Третий умчался очень далеко, но также ехал по прямой. Слишком легко. Заметить их на шоссе было проще простого; они привлекали внимание, мешая увидеть…
Он завис, продолжая толкаться и стараясь не потерять равновесие, несмотря на сильный ветер, нарушающий привязку к якорю. Уже теряя высоту, он…
…заметил. Четвертый грузовик с теми же отличительными знаками петлял по узким улочкам перпендикулярно шоссе. Он углублялся в город, приближаясь к центру. Вакс едва успел увидеть, как он скрылся за домами.
Вот этот грузовик нужно ловить. Он отпустил остальные два, надеясь, что чутье не обмануло, и спустился в город. Замедлился о припаркованную машину, разбив лобовое стекло и смяв крышу. Затем толкнул себя в направлении центра через парк, распугав стаю ворон, и прыжками помчался по стене высотного здания, едва успев достигнуть крыши, когда действие толчка закончилось.
Движение приводило его в живительный восторг. В этом городе повсюду было столько металла, столько преград. В погоне любая могла сыграть ему на руку. Вакс мог взлетать над зданиями, набирать высоту, следить за грузовиком и догонять его, потому что, в отличие от машины, не застревал в дорожных пробках.
Спрыгнув с крыши, он оттолкнулся от стены, как пловец на старте заплыва, и промчался между двумя зданиями. Он огибал углы и словно парил над криками людей внизу, как птица над потоками восходящего воздуха в пустыне.
В Дикоземье у погонь было особое очарование. Но ничто не могло сравниться с тем, чтобы приземлиться на балкон, пробежать сквозь чью-нибудь квартиру и выскочить с другой стороны, спрыгнув на голову противнику. Балконные перила – все равно что трамплин, а окружающие конструкции позволяли четко проложить курс.
Здесь он мог лететь так, как было невозможно в краях пыли и камня. Здесь он окончательно понял – сжился с мыслью – что отпустил прошлое.
Беглецы в грузовике приоткрыли люк в задней двери. Вакс нацелил Виндикацию, но не на окошко, а на саму дверь.
