Понятно было бы, если бы возвращали улицам их прежние имена: Синадиновская, Шмидтовская и пр. Так ведь не тут-то было. К примеру, улица 28 июня раньше называлась Синадиновской в честь двух (!) градоначальников, деда и внука, купцов греческого происхождения Синадино. Теперь она носит почти непроизносимое имя сотника Влайку Пыркэлаба. Да, похоже, Штефан чел Маре подарил свойственнику Влайкулу селище Кишинэу. Кто объяснит, что этот боярин сделал для превращения своего владения в город Кишинёв? Но ведь и это не всё. В верхней части этой улицы сохранилось здание церкви Святого Пантелеймона (народ называл её «Греческой»), построенной архитектором Бернардацци на средства семьи Синадино. В 1965 году церковь была превращена в дегустационный зал и винный магазин, при этом мозаичные полы вскрыты (под ними, как это бывает в церкви, находился семейный склеп), и кости купцов и градоначальников-благотворителей были выброшены на помойку. Такая же участь постигла захоронения самого Бернардацци, архитектора, который многие годы обустраивал и украшал этот город, и его друга градоначальника Карла Шмидта, обрусевшего немца, за годы правления которого (1877–1903) город приобрёл европейский вид. Уж они-то могли рассчитывать на благодарность потомков. Но над их прахом надругались. Кто виновник? Работяги-землекопы или всё-таки чиновники, облечённые властью, принявшие решение и отдавшие распоряжение о сносе лютеранского кладбища? А за оградой Георгиевской церкви разве не устроили уборную на месте захоронений иерархов этой церкви? «О Кишинёв, о тёмный град!» А ещё обижаются на Пушкина! Теперь по распоряжению уже новых чиновников устанавливаются дощечки о том, что достойные сограждане – Шмидт и Бернардацци были похоронены вроде бы в этом месте, неподалеку от кинотеатра имени 40-летия ВЛКСМ, ныне, естественно, тоже переименованного в «Гаудеамус». А не лучше было бы вернуть улице Шмидтовской её название, а не переименовывать её в честь двух митрополитов, которые на ней отродясь не проживали?
Уму непостижимо, чем руководствовались те, кто улице Фрунзе (пусть красный командир, но молдаванин!) дали новое название Колумна? Она названа в память о колонне, которую император Траян водрузил в Риме в честь победы над предками молдаван и румын – даками. Что за этим? Дремучее невежество? Или страстное желание возвести своё происхождение прямиком к Ромулу и Рему? Вот и статую Капитолийской волчицы – Лупойку поставили перед Историческим музеем как прямое указание на древность и главное – на патрицианское происхождение своего рода. Кишинёвским «потомкам древних римлян» вместо меня отвечает поэт Семён Липкин. Я приведу первые строфы его известного стихотворения «Молдавский язык» (1962):
Вот так, господа патриции местного розлива. Русские филологи изучают курс старославянского языка как предтечу русского, а на молдавском филфаке в мою бытность изучали курс вульгарной (простонародной) латыни, и преподавал эту дисциплину доцент Н.М.Печек, светлый человек.
Вакханалия переименований продолжается. Уже нет улицы казнённого подпольщика Бубновского, его имя – Мотель Шмулевич – и в советское время не афишировали. Теперь стерпеть такое и вовсе невозможно, улица сейчас названа именем Матея Басараба, господаря Валахии в 1632–1654 годах. Улица имени полковника Бельского, освобождавшего Кишинёв в августе 1944-го, носит имя первого правителя Румынии Куза-Воды, который известен тем, что перевёл румынский язык на латиницу в 1860-е годы. Бульвар Советской армии назван именем римского императора Траяна, разгромившего Децебала и, согласно легенде, принудившего вождя даков к самоубийству. А ведь даки – далёкие предки молдаван. Чем объяснить такое самоуничижение? Невежество, однако.
