Утренняя фея полностью

Мартин. А что я мог сделать? Сначала я хотел сказать. Но потом, когда нашли ее платок в омуте и стали говорить, что она утонула, я понял, что лучше всего было молчать.

Адела. Ты сделал это, думая о матери и братьях?

Мартин. Нет.

Адела. Из-за себя самого? Из-за мужской гордости?

Мартин. Нет, Адела, я не так мелок. Я сделал это только из-за нее самой. Любовь не исчезает вдруг... и сказать правду значило словно раздеть ее перед всеми. Понимаешь ты теперь, почему я уезжаю? Потому что я тебя люблю и не могу сказать тебе этого перед всеми. Ты могла бы быть для меня всем, чем

не была она. И я не могу жить в этом доме, где всё ее превозносят, а я дважды проклинаю: за любовь, которой она мне не дала тогда, и за ту, которую отнимает теперь. Прощай,

Адела... (Уходит.)

Адела одна, рыдает. Странница появ­ляется в глубине и молча смотрит на нее взволнованная. Вдали слышится веселый шум праздника. Дети входят и подбегают к Аделе.

Фалин. Сейчас зажгут первый костер!

Дорина. Они украшают лодку, чтобы плыть на тот берег!

Андрес. А девушки в венках собираются петь!

Дорина. Уже начинаются танцы! Пошли!

Адела, пряча слезы, быстро поднимается по лестнице. Дети, удивленные, поворачива­ются к Страннице.

Почему плачет Адела?

Странница. Потому что ей двадцать лет... и ночь так красива!..

Андрес. А ты, наоборот, очень довольна. Как у тебя блестят глаза!

Странница. Просто я не понимала, зачем я в этом доме, а теперь вдруг все стало ясно!

Фалин. Что тебе ясно? Странница. Одна правдивая история, которая кажется сказкой. Когда-нибудь, когда

состаритесь, вы расскажете ее своим внукам.

Хотите услышать?

Дети. Расскажи!.. Расскажи!..

Садятся на пол рядом с ней.

Странница. Однажды жила-была одна

маленькая деревня с коровами цвета меда и

цветущими яблоневыми садами среди полей кукурузы. Деревня тихая, как стадо на берегу реки.

Фалин. Как эта?

Странница. Как эта. А в реке было одно глубокое место, куда и близко не подпускали детей. И говорили, что на дне его есть другая деревня, со своей зеленой церковью и чудес­ными колоколами, звон которых часто слы­шался в ночь святого Иоанна.

Андрес. Как омут?

Странница. Как омут. И в той деревне жила девушка, столь прекрасная, что она казалась неземной. Старики снимали перед ней шляпы, а женщины несли к ней больных детей, чтобы она дотронулась до них своими руками.

Дорина. Как Анжелика?

Странница. Как Анжелика. И однажды девушка исчезла в омуте. Она пошла жить в те далекие дома, в чьи окна, словно холод­ные птицы, бились рыбы, и напрасно вся деревня наверху звала ее. Она жила в чудном безоблачном сне, лаская водоросли своими плывущими волосами и бледными руками. Так шли дни, годы... Все уже начали забы­вать о ней. Только мать все еще ждала ее, надеясь на чудо. И чудо свершилось. В одну ночь, полную песен и костров, речная спящая красавица появилась, еще более прекрасная. Нетронутые водой и рыбами нежные руки, вьющиеся волосы и спокойная улыбка на губах... словно годы на дне пролетели в один миг.

Дети некоторое время молчат под впечатле­нием услышанного.

Дорина. Какая странная история!.. А когда это произошло?

Странница. Пока еще это не произошло. Но уже близко... Разве вы не помните?.. В эту ночь все реки мира несут каплю реки

Иордан!

Занавес

Действие четвертое

Там же; час спустя. Семья только что отужи­нала. Слышится приглушенная праздничная музыка. Шум и смех гуляющих приближаются. В настежь распахнутую дверь в глубине врываются парни и девушки.

Первый парень. Эй, кто живой?.. Все спят?

Девушки. Адела!.. Адела!..

Из корраля появляется Квико.

Квико. Эй, потише, мы в доме, кого вы ищете?

Второйпарень. А где Адела?

Перваядевушка. Вы не будете сегодня держать ее взаперти?

Первыйпарень. Выпусти ее, парень, мы не украдем.

Квико. Я что, хозяин дома? Если Адела захочет пойти на танцы, она найдет прово­жатого.

Втораядевушка. Мартин?..

Третьядевушка. Не думаю. Он все ходит тут мрачнее тучи и смотрит на огонь издали, как волки зимой.

Первыйпарень. Чего ты ее не по­зовешь?