Рок вытирает кровь и сплевывает в ту же салфетку, которой промокал рот после чизкейка, а потом идет вслед за Велой к лестнице, ведущей в дом. Поднявшись на одну ступеньку, он останавливается и оборачивается. Не знаю, к кому он обращается, ко мне или к золотым, но когда он произносит свои последние слова, я понимаю, что они останутся в памяти многих поколений:
– Благодарю вас за гостеприимство, лорд-губернатор! – изящно кланяется Рок. – Думаю, мы с вами скоро увидимся!
Рок уходит, и Ромул приказывает Веле задержать его до тех пор, пока я не покину Ио в целости и сохранности.
– Сообщите моим императорам и преторам, – обращается он к одному из копейщиков, – чтобы они вышли на связь через двадцать минут! Нужно разработать план битвы! Дэрроу, если ты хочешь подключить к совещанию своих преторов…
Но я не слушаю лорд-губернатора. Все мои мысли только о Роке. Возможно, я уже никогда не увижу его. Так и не смогу сказать ему все, что наболело и тяжким грузом лежит на сердце. Однако понимаю, что ради моего народа мне нужно отпустить его.
– Иди, – говорит мне чуткая Мустанг.
Встаю, неловко извиняюсь и все-таки успеваю догнать бывшего друга в саду. Он только что зашнуровал ботинки, и Вела в сопровождении нескольких военных повела его к железным воротам.
– Рок! – окликаю его я; он застывает на месте, и что-то в моем голосе заставляет его обернуться и посмотреть мне в глаза. – Когда я потерял тебя? – спрашиваю я.
– Когда умерла Куинн.
– То есть ты планировал убить меня, еще не зная, что я – алый?
– Золотой, алый… Какая разница! У тебя черная душа, а Куинн была хорошим человеком. Как и Лия. А ты просто использовал их. Ты – чудовище, Дэрроу! Лишаешь своих друзей жизни, просто выбрасываешь их за ненужностью и вдобавок умудряешься убеждать себя в том, что смерть каждого была не напрасной! История знает множество таких, как ты. У Сообщества есть свои минусы, но иерархия… наше мироустройство – это лучшее из того, что может себе позволить человечество.
– И ты считаешь себя вправе решать такие вещи?
– Да. Считаю. Но если ты победишь меня в космосе, то это право достанется тебе!
С руки Мустанг капает кровь. В воздухе звенят детские голоса:
– Сын мой, дочь моя, да не узнаешь ты, что такое страх, благодаря этой крови.
Юная босоногая девственница с белыми волосами идет по холодным металлическим панелям между рядами коленопреклоненных великанов, держа в руках стальной кинжал, с которого капает кровь ауреев, и произносит:
– Да не узнаешь ты, что такое поражение! Только победа!
На доспехах золотых выгравированы великие деяния их предков, а плащ этого мальчика чист, как первый снег. Девочка проводит лезвием по уже пораненной руке Ромула Раа, который стоит, прикрыв глаза, в своих белых, отполированных до блеска доспехах с драконом и свободной рукой держит за руку старшего сына. Мальчику нет и семнадцати, он только-только поступил в училище на Ганимеде. Сегодня его глаза сверкают от возбуждения. Если бы это юное создание понимало, что́ его ждет всего лишь через час… Его старшая двоюродная сестра встает на колени рядом с ним, кладя ладонь на его колено, брат девушки следует ее примеру. Все члены семьи выстраиваются в цепочку на мостике. За девочкой идут дети, несущие штандарты золотых с изображениями скипетра, меча и свитка, увенчанного лавром.
– Трусость да покинет тебя! Пусть твой гнев горит ярким огнем!
Девочка подносит окровавленный кинжал Каваксу Телеманусу и его младшей дочери Траксе – веснушчатой девчонке с копной непослушных волос, которая смеется так же раскатисто, как отец, и так же наивна и добра, как Пакс.
– Встаньте, дети Илиона, золотые воины, и возьмите с собой силу вашего цвета!
Две сотни золотых преторов и легатов поднимаются с колен. Во главе войска стоят Мустанг и Ромул, по обе руки от них – Телеманусы и дом Аркосов. Мустанг поднимает руку и проводит ладонью по лицу, оставляя кровавый след. Двести убийц повторяют ее движение, но только не я. Мы с Сефи наблюдаем из угла за церемонией, во время которой офицерский состав объединенных сил моих золотых союзников отдает дань уважения предкам. Марсианские реформаторы, тираны окраины, старые друзья и старые враги собираются на мостике флагманского корабля Виргинии – построенного двести лет назад дредноута «Дея Торис».[6]
– Сегодняшняя битва определит судьбы Сообщества: останемся ли мы под властью тирана или станем сами вершить свою судьбу! – громко говорит Мустанг и начинает зачитывать список имен врагов для сегодняшней охоты. – Рок Фабий, Сципия Фальт, Антония Северус-Юлия, Кириана Танус, – произносит она, и я понимаю, что речь идет о Ведьме. – Мы требуем эти жизни!
