— Совсем нет. — покачал головой адвокат, — Я знаю, что говорю. Опять-таки можете навести справки обо мне у Талейрана и Журдана.
— Вы их хорошо знаете? — прищурил глаз Моро.
— Неплохо. Нас связывают приятельские отношения, а главное — денежные интересы.
— Я выясню их мнение, Файо. — кивнул генерал.
— Кончено, мой генерал! Вы желаете меня о чём-то попросить или отдать мне приказ? — церемонно поклонился консулу Файо.
— Я подумаю. Идите. Да, не покидайте Парижа, Вы мне ещё понадобитесь.
— И не собирался, мой генерал, здесь все мои интересы! Возможно ли, что в следующий раз меня не потащат к Вам волоком солдаты, а я доеду сам, мой генерал?
— Проваливайте, наглец! — от души хохотал тот, кого раньше называли Вторым консулом.
⁂⁂⁂⁂⁂⁂
События во Франции были нами предвидены, но вот предсказать их результаты было довольно сложно. Мы точно вычислили, что Моро придёт к власти, причём к почти безусловной власти — слишком уж он усилился, оброс влиятельными друзьями, а им-то начал серьёзно мешать Карно, равно как и Баррас, который уж слишком о себе возомнил.
Всё комбинацию придумал и провернул Талейран, отличавшийся какой-то запредельной хитростью и страстью к интригам. Пусть, он был лично обязан Карно, который предложил его в качестве квестора, отвечающего за иностранные дела, но всё же запросы этого перспективного политика простирались выше. Талейран хотел быть на более высоких постах, но главное — он желал денег. И в первом, и во втором, Карно ему мешал. К тому же Талейран смог войти в окружение Моро, более того, стать его главным помощником.
Карно слишком передавил со своими реформами, оттоптав все мозоли высшему обществу. Он стал чрезвычайно непопулярен среди сенаторов, квесторов, трибунов, которые уже заработали себе состояние на революции, а именно на эти богатства решил наложить лапу неугомонный Первый консул. Так что, падение Карно было лишь вопросом времени.
Так же, впрочем, как и приход к власти Моро, за которого была армия. Но вот что будет дальше? Не начнутся ли снова мятежи и волнения во французской провинции, где Карно был очень популярен. Ударит ли Моро на немцев сейчас или займётся укреплением власти в Париже? Успеют ли сами имперцы разгромить ослабленных внутренними проблемами французов, пока Моро занят? Что сможет показать французская армия, далеко не полностью готовая к войне. Прогнозов было много, а вот уверенности не было вовсе.
Да и не только дела французские занимали мои мысли, на первом месте всё же были англичане, которые довольно успешно вели войну в Индии. Британцы образцово-показательно провели подготовку к новому вторжению на Индостан, который довольно несправедливо было бы именовать полуостровом в силу того, что по своим размерам он не уступал общей площади Западной Европы, включая всю Священную Римскую империю.
У англичан были довольно неплохие начальные позиции, пусть им удалось удержать за собой только Бомбей и небольшие прилегающие территории. Однако же они почти полностью ликвидировали конкуренцию со стороны европейских держав: французы лишились всех колоний и торговых представительств, голландцы перестали представлять собой что-либо серьёзное, а прочих вообще можно было не принимать во внимание. Даже мы настолько надолго застряли с освоением Цейлона, что сопротивление Великобритании могли оказать только сами туземцы.
Когда правительство острова решило все силы бросить на Индию, где действительно крутились такие деньги, что с их помощью можно было решить почти все вопросы в мире, то логичным виделось наступление именно через Бомбей. Но настоящий план англичан оказался более сложным, но и более перспективным. Если вокруг Бомбея сплетались интересы сразу всех государств региона, включая Афшаридскую Персию, и там можно было вполне заполучить в качестве соперника одновременно всех их, что было бы серьёзно более затратно. Так что, целью нападения было выбрано другое место.
Вначале все державы этого субконтинента сцепились между собой, к ним присоединилась и иранские соседи — война была очень ожесточённой. А когда, в самый разгар сражений, у маратхов внезапно умер фактический глава государства Нана Фарнавис[8], а следом за ним и один из лучших полководцев и наиболее авторитетных вождей Даулат Рао Шинде[9], то междоусобица началась уже внутри страны. За этими событиями виднелись уши подданных короля Георга. Пусть индийцы сами имели многовековую привычку самозабвенно резать друг друга — всё же там жили сотни племён и народов с разной верой, языком, традициями, государствами, но всё же такой набор неожиданных смертей, неспровоцированных нападений и странных происшествий явно говорил о внешнем следе.
