— Анри! Ты слишком обобщаешь — сильного короля! Короля, друг мой! — усмехнулся Талейран, — У Георга пока нет наследников, а его образ жизни и сложившиеся отношения в семье могут пресечь его династию.
— Но он вовсе не стар, а его хитрость и расчётливость вполне могут решить эту проблему, Шарль! Уж в этом-то сомневаться не приходится! — Файо также тонко улыбнулся приятелю.
— Этот хитрец, как ты его называешь, активно интригует… Теперь мне пишет сам маркиз Мит, а уж его письма означают, что это слова самого́ короля. — задумался Первый министр, — Уж если русские так хорошо заплатили нам за переписку с лицами, не относящимися к окружению английского трона, то уж за письма самого Мита они отвалят мне кругленькую сумму!
Не пора ли, Анри, снова предложить тайны одного врага другому? Мы можем продать русским весьма недешёвый товар!
— Давай-ка эти письма сюда, Шарль, а я уж позабочусь о наших доходах! — у Файо загорелись глаза.
— Отлично, Анри! Всё, как я люблю: внести раздор среди врагов, да ещё и заработать на этом!
⁂⁂⁂⁂⁂⁂
— Не слишком ли это опасно, Василий Петрович? — невысокий человечек с лицом, обезображенным оспой, одетый кучером наёмного экипажа, вполголоса беседовал со своим пассажиром.
— Есть такое дело, Алексей Фёдорович. Однако, везти газеты через Ганновер слишком долго — слишком быстро уж они устаревают! — качал головой бывший голландец, — К тому же сатирические лубки должны появляться вообще мгновенно! Сейчас король так надавил на всех, что никаких других способов вызывать существенные сомнения в обществе просто нет.
— Да уж, последний перехват груза в Дувре был весьма болезненен. Я оказался в неприятном положении перед графом Мортоном… — поморщился прекрасно замаскированный русский посланник.
— Знаю, друг мой, знаю… Оппозиция королю должна быть уверена, что она существует. Разогнанная по поместьям в провинции, что у неё сейчас есть, кроме надежды? Вот я думаю, что надо использовать сеть лорда Чарльза! — сжав руки перед лицом, сказал разведчик.
— А что делать с неприятием машин? Ставить печатные станки среди людей, отрицающих что-то более сложное, чем лопата и веретено? Это ли не странно? — удивился Черкашин.
— Я и не планирую использовать паровой станок Карасева! — усмехнулся агент, — Примитивные машины, которым уже более ста лет… Я будто знал, когда скупал этот мусор несколько лет назад…
— Ну, хорошо, не могу не согласиться, что Вы правы, Василий Петрович.
— И ещё одно… Алексей Фёдорович, я вот размышляю относительно рабов…
— Что? Рабов? — удивился русский посланник, — Я предполагал, что Вы…
— Нет-нет! Я остаюсь убеждённым аболиционистом! — усмехнулся бывший голландец, — Но вот общая ситуация в королевстве заставляет задуматься.
Король Георг восстанавливает старые шахты и заводы и открывает новые, но при этом ему нужны солдаты, да и от русских денег он отказываться не намерен. Однако же, в этом году в Россию не отправили и половину от прошлогоднего количества переселенцев — слишком большой спрос на рабочие руки внутри страны. Вы замечали, что бродяг на улицах вовсе не видно, да и просто праздношатающихся почти не осталось?
Но Англия и её высшее общество слишком привыкло к этому источнику доходов, к тому же Россия согласилась поднять расценки. Единственный способ решения проблемы, который пришёл в голову правительству маркиза Мита — увеличить ввоз рабов.
Традиционный источник невольников, Ирландия, исчерпала свой запас. На этом острове почти не осталось свободных туземцев — лоялисты, прибывшие из Северной Америки, оказались худшим злом, чем даже сам Кромвель[11], заливший кровью зелёную страну сто пятьдесят лет тому назад[12]. Уже все, могущие быть проданными — проданы, а прочие работают на своих новых хозяев.
Так что, я, с благословения лорда Чарльза, вкладываю деньги в закупку судов, предназначенных для работорговли в Западной Африке — совсем скоро это станет самым модным делом в Сити, друг мой…
— Даже так… Значит, чернокожие рабы… — задумался Черкашин.
— В Тайном Совете решено, что такое изменение положения дел совершенно не противоречит законам и обычаям, к тому же его можно считать вре́менным, до победы над Россией.
— Им по-прежнему кажется, что Россия сейчас слаба как никогда?
— Почему нет? Правительство короля уверено, что армия Суворова застряла в Баварии, флоты наши не проявляют активности, национальные окраины готовы взорваться… Всё идёт по нашему плану, Алексей Фёдорович!
— Хм… По плану, да… — снова задумался Черкашин.
— Так вот… — прервал его раздумья глава русской разведки в Британии, — Неправильно было бы не использовать этих несчастных. К сожалению, лорд Чарльз не считает, что рабы могут быть среди его сторонников…
Я думаю, что сто́ит попробовать искать контакты среди ирландских рабов, используя родственные связи переехавших в Россию и во Францию. А вот с африканскими невольниками мог бы установить контакт Илья Ааронович, он всё же…
