– Вы-то нам и нужны, Светлана Александровна, – многообещающе порадовал ее опер, словно только сейчас обратив на нее внимание, и взял ее под руку, – добрый вечер. А вы разве испугались?
– Ой, а я вас и не узнала сразу, Иван Алексеевич, – робко улыбнувшись, произнесла Света.
Как ни хотелось мне домой и баиньки, но пришлось знакомиться с неинтересными мужчинами, причем играя по их дурацким правилам. Я вынула из кармана плаща редакционное удостоверение и раскрыла его прямо в насторожившиеся глаза Борщова.
– Я главный редактор газеты «Свидетель», Бойкова Ольга Юрьевна. Присутствие прессы вам не помешает, господин Борщов?
Борщов откровенно скривился, но тут же, взяв себя в руки, осмотрел своих подчиненных. Они попрятали оружие и приветливо ощерились. Улыбнулся и их начальник:
– Ну что вы! – изображая изо всех сил радушие, сказал он. – Может быть, даже наоборот.
– Что здесь происходит, в конце концов?! – переставая сдерживаться и постепенно повышая голос, начала спрашивать Света. – Что вам еще от меня надо?!
– Не волнуйтесь, пожалуйста, Светлана Александровна, – Борщов прильнул к Свете, улыбаясь, как кот на сметану. По своему поведению он не был похож на опера, а скорее напоминал профессионального бабника, где-то раздобывшего важную «ксиву».
– Какие-то злоумышленники произвели взлом двери вашей квартиры. Возможно, что-то похитили, нужно произвести осмотр. Мы просто здесь ждали хозяев…
– В темноте и с оружием? – неподражаемо наивно хлопая глазками, спросила Маринка.
Борщов немного смутился:
– Соседи, услышав шум, вызвали милицию… а ведь злоумышленники могли и вернуться. А вы, собственно, кто, девушка? – резко спросил он, вдруг вспомнив, что как раз Маринка ему документов и не показывала.
– Это дежурный сотрудник нашей газеты, – снова выступила я и добавила, жалуясь на реальности, – приходится везде бывать вдвоем, чтобы иметь свидетеля. Мало ли что может случиться, сами понимаете.
Борщов, как видно, понял мой ненавязчивый намек. Он сжал рот в куриную гузку, чтобы, не дай бог, не сказать чего-нибудь опасного и лишнего, и спокойно проговорил:
– Светлана Александровна, пройдемте, пожалуйста, посмотрим, что и как.
Света прошла сквозь строй почетного караула, состоящего из двух сотрудников милиции, и осторожно зашла в квартиру. За ней вошел Олег, ну и мы с Маринкой.
Щелкнул выключатель, зажглась стеклянная люстра под потолком.
Довольно-таки миленькая однокомнатная квартирка представляла собой что-то вроде места побоища или арены безнадежных поисков. Все вещи были выброшены из платяного шкафа и раскиданы примерно так же, как и у меня, когда мне срочно нужно найти какую-то тряпку, а она, зараза, не находится. Хотя нет, у меня все-таки приличнее бывает, а здесь был полный разгром.
– Господи! Ну что ты будешь делать! – Света схватилась за голову. – Ну почему я, почему мне все это?!
Олег, осмотревшись, потопал на кухню.
– Давайте, уважаемая Светлана Александровна, попытаемся выяснить, что же у нас пропало, – Борщов обратился к Свете.
– Да-да, – Света растерянно огляделась, – как же тут сразу определить-то?
– Никто и не говорит, что сразу, – Борщов обрел свою кобелиную ласковость и мягко заулыбался, – мы вас и не торопим, Светлана Александровна. Если честно, то мы даже должны вас поблагодарить за то, что вы вернулись так рано, а то пришлось бы оставлять здесь человека на дежурстве.
Света прошлась по квартире. Олег огляделся и, сунув руку в бар, достал оттуда пачку «Петра»…
– А вы – знакомый Светы… – подошла Маринка к Борщову и ласково посмотрела на него с высоты своего роста.
– По службе, – быстро ответил тот, – а вы – тоже журналист?
– Разумеется, – Маринка оглянулась на меня, и я подошла к ним как группа поддержки. Кроме того, мне уже стало интересно: и этот мужчинка нам тоже понравился или тут какая-то другая причина прячется?
– Я работал в квартире… мгм, – Борщов замялся и витиевато закончил фразу, – по оперативно-следственным делам, а Светлана Александровна там присутствовала как подруга… мгм… потерпевшей…
– Мы уже в курсе, – с достоинством заметила я, – кажется, она вас и вызвала туда. Не могли бы рассказать, так в чем же причина смерти Анжелы: несчастный случай или преступление?
– Пока следствие не закончено, – Борщов сокрушенно развел руками, – ничего не могу сказать, ибо это будет считаться должностным преступлением.
– Мы не толкаем вас на должностное преступление, – вступила в разговор Маринка, словно поймав мой пас, – но некоторые подробности тайны следствия составлять не могут. Например: есть ли обоснованные сомнения в естественной смерти Анжелы…
– Тут не сомнение, а факт. Смерть однозначно не была естественной: она умерла от удара головой о край ванны. Можно говорить о случайности или неслучайности этого происшествия.
– Я поняла вас, спасибо за разъяснение, действительно, я была не права, – смиренно сказала я.
