Если она останется здесь, ее просто затопчут, понял Страйкер. Быстрым движением он схватил напарницу за руку, поднял и оттащил с дороги обезумевшей толпы. У Фелиции тут же подкосились ноги, но она все-таки сумела устоять.
– Ты в порядке? – спросил детектив.
Напарница посмотрела на него отсутствующим взглядом, словно не замечая текущую по подбородку кровь, и пробормотала:
– Иди! Иди за ним!
Страйкер подвел Фелицию к входу в кафе и прислонил к стене. Обеспечив ее безопасность, он залез по водосточной трубе на верхнюю кромку стальных ворот, отделявших веранду кафе от тротуара, и оглядел толпу.
Всего через десять секунд он заметил Шен Сана, который вел девочек по газону, вглубь парка Грандвью.
Спрыгнув на землю, Страйкер приказал Фелиции оставаться на месте, а сам нырнул в толпу. Перебравшись на другую сторону Коммершиал, запрыгнул на сцену, перебежал через нее, слез вниз, вбежал в парк и увидел Шен Сана. Стрелок захлопывал задние двери белого фургона.
– Шен Сан Суне! – взревел Страйкер, поднял пистолет, прицелился, но тут перед ним промчалась компания подростков.
С пистолетом в руке он побежал по парку, но не успел преодолеть и половины пути, как задние фонари фургона загорелись красным. Когда детективу оставалось всего метров десять, фургон отъехал от парковки и, набирая скорость, помчался по Коттон-драйв.
– Стоять! – заорал Страйкер. – Стоять!
Коттон-драйв заканчивалась тупиком. Эта улица соединялась с Уильям-стрит, а потом поворачивала на запад.
Срезав через парк, Страйкер помчался в сторону школы. Во дворе он увидел, как белый фургон выворачивает на Уильям-стрит и на следующем перекрестке устремляется на север. Словно голова тонущего человека, фургон на долю секунды появился в поле зрения детектива и тут же исчез.
Страйкер выхватил «блэкберри» и на бегу набрал 911. Задыхаясь, сообщил номер своего значка, звание и что его дочь только что похитил Шен Сан Суне. Он дал местоположение, описание фургона и последнее известное ему направление движения. Легкие работали на пределе, когда он наконец выбежал на Одиум-стрит.
Фургон исчез из виду.
Детектив бросился в сторону Напье.
Ничего.
На Паркер-стрит.
Ничего.
Выбившись из сил, он добежал до Венабль-стрит, чувствуя, что вот-вот рухнет.
И там тоже ничего.
Наконец Страйкер остановился и бессильно опустил руки. Он не чувствовал ничего, кроме бешеного биения пульса в висках. Пропала. Кортни пропала. Этот ненормальный забрал ее у него, точно так же как Господь Бог забрал Аманду.
Он снова подвел ее!
Фургон сильно тряхнуло, как будто водитель резко свернул на очередном перекрестке. От неожиданности Кортни потеряла равновесие и чуть не упала, но вовремя успела схватиться за внутреннюю ручку на задней двери фургона. Опьянение почти прошло, уступив место ужасу.
От резких рывков машины у девочки закружилась голова, и ее стошнило. После этого стало полегче. Может быть, так ей удастся окончательно протрезветь.
В фургоне было темно и тихо, только где-то в дальнем углу стонала Рейн. Пошарив рукой по стенам и потолку, Кортни нашла выключатель, щелкнула им, и на потолке загорелась маленькая тусклая лампа.
Кортни увидела Рейн: подруга лежала ничком между ящиками с мясом на холодном полу, повернув голову на бок. Рот был приоткрыт, по подбородку стекала струйка крови, лужицей расплываясь на белом полу.
– Ты живая? – спросила Кортни.
Молчание.
– Рейн, ты в порядке?
Девочка некоторое время лежала с отсутствующим видом, а потом произнесла:
– У него пистолет.
Кортни это помнила: она видела, как стрелок ударил Фелицию по голове, прежде чем взяться за них. Это был пистолет, но вот какого калибра, она не знала. Большой пистолет, и он собирался застрелить их.
– Где твой телефон? – Кортни вспомнила, что киллер забрал ее аппарат.
– Выронила в толпе. – Рейн зарыдала.
Кортни подошла к подруге и огляделась, рассматривая ящики. Открыв тот, что стоял ближе всего, Кортни обнаружила, что он набит стейками: толстыми замороженными кусками мяса. Схватив несколько штук, Кортни принялась запихивать их Рейн за шиворот.
Рейн задохнулась от неожиданности, когда Кортни засунула упаковки мяса ей за вырез корсажа, чтобы закрыть живот и поясницу. Девочка понятия не имела, сможет ли мороженое мясо остановить пулю, но решила, что хуже не будет точно. Закончив с костюмом Рейн, она принялась за свой.
Несколько упаковок замороженного стейка она запихнула в свой корсаж, стараясь укладывать поплотнее. Кожу обжигало холодом, Кортни тошнило от алкоголя и страха.
Фургон снова наклонился налево, Кортни пошатнулась, упала на Рейн, и та вскрикнула, будто наконец очнулась.
– Этот тот самый псих из школы, – посмотрев на Кортни, прошептала она.
– Знаю.
– Который убил ребят.
– Знаю.
– Он собирается и нас тоже грохнуть!
На лице Рейн отразились те же эмоции, что переживала и сама Кортни: страх и отчаяние. Кортни молчала, не зная, что сказать подруге в утешение. Она просто обняла Рейн, придерживая за плечи. Фургон продолжало заносить на крутых поворотах: стрелок увозил их все дальше и дальше, в никому не известном направлении.
