Увечный бог полностью

  Десять шагов, но я не могу на тебя смотреть. Не могу. Между нами расстояние. Живая, я его не пересеку. Сласть, зачем ты меня оставила?"

  Йедан Дерриг появился из раны Светопада. Смех меча терзал воздух. Он глядела и думала, каким потерянным он кажется. "Но нет. Это я. Это я. Он знает, что нужно знать. Он все понял. Это идет от крови".

  Сержант Селло подошел к Йедану. - Принц, она жива, но без сознания. Ведьмы использовали...

  - Знаю, - бросил он, осматривая поле брани.

  Сержант, грузный и широкоплечий - с примесью крови Тартеналов - проследил его взгляд и вздохнул. - В этот раз они нам повредили, Высочество. Псы погрызли центр и правый фланг. Один зверь ранил Сласть, прежде чем его отогнали. Ох, какие потери, Высочество. Нам больно. Нить, Эйсген, Трепль, Сласть...

  Йедан сурово взглянул на него. - Сласть?

  Селло показал пальцем, обрубленным у средней фаланги. - Там.

  Фигура в руках плачущего солдата. Краткость склонилась неподалеку, опустила голову.

  - Погляди, сержант, что нужно сделать. Раненые. Оружие.

  - Да, господин... Принц?

  - Что такое?

  - Кажется, я последний.

  - Последний?

  - Из прежней команды. Из Берегового Дозора.

  У Йедана что-то застряло во рту. Он поморщился и сплюнул. - Дерьмо. Зуб сломал. - Поднял глаза, уставился на Селло: - Хочу, чтобы ты был в резерве.

  - Высочество?

  - До мига наивысшей нужды, сержант. Тогда я призову тебя. А пока держись вне битвы.

  - Господин...

  - Но когда позову, лучше тебе быть наготове.

  Мужчина отдал честь и ушел.

  - Последний, - прошептал Йедан.

  Покосился на Краткость. "Если бы на меня не смотрели, я пошел бы к тебе. Обнял бы. Разделяя горе. Мы это заслужили. Вместе. Но я не могу показать такой... слабости".

  Он мешкал, чувствуя неуверенность. Покачал сломанный зуб языком. Вкус крови. - Дерьмо.

  Краткость подняла глаза, заметив упавшую тень. - Принц. - Попыталась встать, но Йедан тяжелой рукой толкнул ее обратно.

  Она ждала, что он скажет. Но он промолчал, хотя взор был устремлен на Сласть и солдат, собиравшихся около убитой. Она заставила себя посмотреть тоже.

  Они подняли ее так бережно, что ей показалось: сейчас разорвется сердце.

  - Нелегкое дело, - пробормотал Йедан, - такое заслужить.

  Арапал Горн увидел, что лагеря у ближайших курганов зашевелились, солдаты строятся. "Значит, решительная атака. Мы бросим во врата элиту. Легионы Света. Лорд Кадагар Фант, чего же ты ждал так долго?

  Если бы они пошли первыми, Трясы уже погибли бы. Первый укус должен быть самым сильным. Знает каждый командир. Но ты не слушал. Ты хотел сначала омыть кровью свой народ, сделать свою цель его целью.

  Но... не сработает. Они сражаются потому, что ты не дал иного выбора. Гончары вытирают руки, их круги замедляют вращение и останавливаются. Ткачи закрывают станки. Резчики откладывают инструменты. Каменщики, изготовители ламп, ловцы птиц и свежеватели псов. Матери и шлюхи, сутенеры и торговцы дурманом - все бросают дела и идут на твою войну.

  Дела остановились. Для многих дел больше не будет.

  Ты ударил свой народ в бок, оставив зияющую рану - вот как эта, что перед нами. Мы идем вперед, словно истекаем кровью. И кровь запекается на той стороне".

  Все Солтейкены превратились. Они знают, что нужно сделать. Арапал видел, что его собратья занимают посты впереди отрядов отборных солдат.

  "Однако нас ожидает Легион Хастов. Убийцы Псов и Драконов. Под бешеный хохот войны.

  Новая битва. Она станет последней. Для нас".

  Он глянул на крепость, но Кадагара Фанта видно не было. А его солдаты, его сородичи, столь жестоко истерзанные и окровавленные, повторяют одни и те же слова: - Он идет. Наш владыка поведет нас.

  "Наш владыка. Наша тряпичная кукла".

  - Вода, Ваше Величество. Пейте.