Давно на душе не было так радостно и спокойно. Завтра они снова поедут гулять…
– Барыня! Гость пожаловали! – раздался испуганный голос горничной.
Кто мог пожаловать в такую рань! Она с неудовольствием приняла карточку, прочла, и блестящая картонка выскользнула из ее рук.
– Я не мог ждать еще целые сутки, я не спал, я понял, что не доживу до завтрашнего дня, если не увижу вас! – Ворвавшись, Кирилл и не заметил, что хозяйка полуодета.
А когда заметил, оторопел, покраснел и замолчал. Но ведь его впустили! Он слышал, что многие дамы нынче очень вольны в нравах…
Матильда смотрела на него, не мигая, и этот остановившийся взгляд совсем парализовал юношу. Ему показалось, что сейчас он потеряет сознание, у него перехватило дыхание. И в этот миг прекрасная соблазнительница приподнялась и мягким движением увлекла его на кушетку. Он несмело прикоснулся к ее губам, в ответ она выпила его до дна. Окрыленный, он осыпал шею, плечи, а потом и пышную грудь неистовыми поцелуями…
Весь день они провели в спальне, предаваясь безумствам. Когда за окном спустилась ночь, он остался на ее широкой постели и, утомленный, уснул в изнеможении. Мати не спала. Она любовалась его лицом, едва прикасаясь к закрытым глазам, изгибу губ. Вдруг его глаза открылись.
– Ты выйдешь за меня? Будешь моей женой?
Матильда хотела ответить, но слезы благодарности стали душить ее. Обхватив голову юноши, она снова и снова осыпала его поцелуями.
Юрий Бархатов, в очередной раз получив от ворот поворот, в недоумении потоптался на пороге и неуверенно двинулся прочь. Как следует сие понимать? Его не хотят принимать целый месяц! Конечно, у Матильды своенравный характер, они, бывало, ссорились и не общались, но так долго еще не случалось. Да и в чем он провинился? Впрочем, не в нем дело-то!
Недавно один из наблюдательных доброжелателей поделился с Бархатовым важными сведениями. Объект желаний был замечен в обществе молодого офицера, который, по всему видно, совершенно без ума от страсти. Ну и что из того? Мало ли их, голубчиков, перебывало, и ничего, иных уж нет, а те далече, как говорится. А Юрий тут как тут, переждал, перетомился – и опять на своем месте, и опять любимый и единственный друг! Он привык к череде бесконечно меняющихся любовников Матильды, перестал бояться, дрожать, что кто-нибудь завладеет ее сердцем. Как можно завладеть тем, чего нет?
Он поехал к мамаше, за советом. Та выслушала и покачала головой. Судя по всему, дело осложнялось. Юрий получил указание немедленно добиваться личного свидания, а также неплохо бы и о противнике справки навести. Он снова ринулся на приступ крепости. На сей раз повезло, его впустили и осчастливили непродолжительной беседой, после которой несчастный совсем пал духом.
– Невнимательно слушает? Глаза с поволокой? Отвечает невпопад? – выпытывала мать. – Плохо дело, голубчик! Влюблена она по уши! А ты прохлопал, проспал, прозевал, недотепа!
Юрий чуть не плакал. За десять лет Матильдиного вдовства он так привык к этой чудесной игре, в которой он бесконечно добивается ее расположения, кажется, уже добился, нет, сорвалось, но не безнадежно.., что теперь, когда все рушилось, он чувствовал себя ребенком, у которого отняли любимую игрушку. Но это полбеды. Главное, папенькины деньги уплывали в чужие руки! А он уж привык считать их своими, потому как полагал, что Матильда поиграет-поиграет да и угомонится. Куда ей деваться с таким шлейфом порочной репутации!
Надо признать, что не только деньги привлекали Юрия. Сама Матильда влекла его как магнит, ее доступность, порочность придавали ей особенную притягательность.
Но вот странно, шлюхой назвать ее как-то язык не поворачивался. Словно порок, но понарошку, вроде как ненастоящий. А разве такое бывает?
Думая о Матильде, Юрий уверился в мысли, что если бы не столь неблаговидный брак, если бы замужество случилось обычным порядком, из Матильды Карловны получилась бы вполне заурядная и добродетельная мамаша и супруга.
И вот теперь конец? И все из-за сопляка, невесть откуда свалившегося на его голову? Надо узнать, кто таков, да и поискать вокруг, вдруг да и найдется какая-нибудь пакость. Вот и прижать молодца!
…А в доме Извекова бушевал семейный скандал. Кирилл, явившись в кабинет к отцу, прямо с порога заявил, что намерен жениться. Оторвавшись от рукописи, Вениамин Александрович еще несколько мгновений жил переживаниями своих героев, но потом вынужден был опуститься на землю и погрузиться в заботы насущные.
– Что ж, похвально! Это придаст твоей жизни определенную упорядоченность.
Во всяком случае, некой части жизни уж точно! – Он устало улыбнулся – сюжет не давался, рассыпался на части. – Правда, на мой взгляд, рановато, ну уж коли ты так решил…
И Извеков уже собирался вновь погрузиться в перипетии своих героев, как вдруг поднял голову:
– Кто же твоя избранница, мой друг?
– Госпожа Бархатова Матильда Карловна.
