— Доброе утро, миссис Шарп, — сухо сказал баронет, зайдя в кабинет, где Эдит чаще всего проводила время. Она не забросила писательское дело и время от времени записывала небольшие отрывки для новой книги. Томас никогда не отвлекал её в такие моменты, и сейчас она удивилась его визиту. Что-то в облике мужчины насторожило девушку.
— Доброе утро, мистер Шарп, — ответила она, чуть помедлив. — Чем могу быть полезна?
— Полагаю, что уже ничем, — тон Шарпа был спокоен, но чувствовалось, что Томас сильно напряжён. — По моему мнению, я абсолютно здоров. Поэтому, смею вас заверить, здесь вас больше ничто не держит, прекрасная леди.
Эдит удивлённо всматривалась в лицо мужа. Он не в первый раз пытался убедить её в том, что она не обязана оставаться в Аллердейл Холле, однако, как правило, эти разговоры выглядели совсем иначе. Обычно Томас смотрел на неё с невыразимой грустью, говорил, что недостоин даже её пальца, просил не связывать её чистую душу с его испорченной душой. Теперь же баронет производил впечатление человека, который, скорее, сдерживает злость.
— Я уже не раз отвечала вам, что покину дом только в том случае, если вы не захотите меня больше видеть, — произнесла Эдит.
— Возможно, я и не хочу, — со скрытой угрозой заявил мужчина, вплотную подойдя к девушке. Та встала из-за стола. — Я не хочу видеть вас, пока вы безразличны ко мне – или, тем паче, пока вы испытываете ко мне отвращение. Задумайтесь, миссис Шарп, безопасно ли для вас пребывание здесь, если я хочу видеть совсем другие эмоции… и могу попытаться получить их?
С этими словами баронет взял девушку за подбородок и посмотрел ей прямо в глаза. Взгляд Шарпа словно прожигал Эдит насквозь, и она почувствовала предательскую дрожь в коленях. Миссис Шарп показалось, что её муж в данный момент совсем не владеет собой и готов на всё. На её лице отразился панический страх, и это сразу же отрезвило Томаса. Он отступил на пару шагов.
— Вот видите, миссис Шарп, как я плачу за вашу заботу обо мне, — мрачно сказал мужчина сквозь зубы. — Вы не найдёте менее благодарного пациента, чем я. Я хочу обладать вами, вашим телом и вашим сердцем, и мне всё равно, каковы ваши собственные желания.
— Я знаю, что это не так, Томас, — проговорила Эдит, стараясь восстановить ровное дыхание. — За всё время, что я здесь, ты не причинил мне вреда. И я… поверь, я не безразлична к тебе. Но ты ведь можешь представить, как мне тяжело.
Шарп стоял, потупившись, и девушка сама подошла к нему. Взяв мужа за руку, она тихо спросила: «Скажи, не согласишься ли ты… уехать отсюда?»
На лице баронета отразилось изумление.
— Эдит… я никак не мог подумать, что ты предложишь мне такое, — ответил он после долгой паузы. — Я знаю, что ты больше не любишь меня. Разве в случае нашего переезда тебе станет приятнее жить со мной?
— Причём здесь это, Томас, — устало сказала девушка. — Я надеялась, что тебе самому станет легче дышать, если ты покинешь эти стены. Пожалуйста, подумай над моими словами.
***
Эдит время от времени выезжала из поместья. В частности, пару раз она приезжала на почту, чтобы отправить несколько писем. В тот день, когда она предложила мужу уехать из Аллердейл Холла, миссис Шарп снова побывала на почте. В записке, которую она оставила доктору МакМайклу, девушка обещала ему регулярно писать, чтобы он знал, что с ней всё в порядке. Выйдя из экипажа, Эдит направилась было к небольшому домику, как вдруг заметила краем глаза знакомый силуэт. Поняв, что миссис Шарп его увидела, Алан покраснел и неловко развёл руками.
— Что ты здесь делаешь?! — воскликнула Эдит.
— Живу, — помявшись, ответил доктор. — Здесь есть небольшая гостиница. Врачи сочли, что я полностью здоров, они отпустили меня, так что…
— Так что ты должен был вернуться домой! — девушка нахмурилась, но ей трудно было всерьёз сердиться на друга. — А ты вздумал следить за мной!
— Нет, Эдит, честное слово, я не преследую тебя, — МакМайкл был готов провалиться сквозь землю. — Но я должен был убедиться, что тебе ничего не угрожает.
Девушка вздохнула. Она знала Алана с самого детства и прекрасно понимала, почему он не захотел оставить её на произвол судьбы.
— Не переживай за меня, — улыбнулась Эдит. — Может быть, мы с Томасом скоро уедем из поместья. Я попробую убедить его.
МакМайкл промолчал. По его мнению, угрозу представляло вовсе не поместье, а его владелец, но доктор догадывался, что спорить с Эдит было бесполезно.
Вернувшись в дом, миссис Шарп обнаружила мужа стоящим около машины по добыче глины. Он задумчиво рассматривал механизм.
— Эдит, должен тебе сказать… Я не уверен, что могу оставить Аллердейл Холл, — сообщил баронет, заметив жену. Та помрачнела.
— Не могу понять твоей болезненной привязанности к этому месту, Томас.