Он так и не смог ничего высмотреть. Вместо того, чтобы смотреть ещё и под ноги, смотрел только по сторонам и свалился впотьмах в канализационный коллектор. Упав вниз он умудрился снова сломать два ребра и распороть о что-то бедро. Так и не потеряв сознание в результате падения, он зажал бедро как мог, нащупал зажигалку в кармане.
Огонёк зажигалки, "позаимствованной" у бездомного, отразился от влаги, скопившийся на потолке представшего перед ним тоннеля, сотнями миниатюрных звёзд. Красиво и к сожалению, бесполезно.
За свою жизнь он издавал довольно много звуков, самых разных, начиная стонами и заканчивая визгом. Он кряхтел, он пыхтел, даже пытался петь, к слову, выходило скверно, но сейчас он скулил. Узбек двигался по тоннелю в полной темноте на ощупь, но скулёж выдавал его с головой. Из-за спины, едва слышно послышался тот же голос, и узбек затаился, стараясь даже дышать максимально тихо.
- Давай за ним... - В ответ было шипение старухи. - Как это не полезешь? Это - приказ! Лезь, не зли меня, он не должен уйти, ты понял? - Снова шипение. - Ах так?
Старуха заверещала, затем последовал звук упавшего с высоты мешка, набитого картошкой и хрип, который вскоре сменился тишиной.
- Дебил! Я же говорил: Не зли меня! - Посветив фонарём в коллектор, сокрушался Лодыгин. - Надо было ещё тогда, вместе с бородой голову ему отрезать. - Сказал он и принялся спускаться вниз, с тем чтобы догнать узбека и исправить свою ошибку.
***
Злодеяние номер ноль: "Во тьме все жирдяи одинаковые."
Да, узбека побрил Лодыгин, а не Сирожа. Почему? А просто потому что он мог это сделать и потому что это - неплохой сюжетный твист. Этого достаточно и точка!
Двигаемся дальше.
***
Злодеяние номер три: "Вломиться, выжить и сбежать!"
Распространяя смрад канализации, хромой узбек метался от одной палаты к другой со скальпелем в руке. Он взял его в операционной, в которую вломился в поисках цели.
Искать безопасный способ проникновения в стан врага не было времени, на пятки уже наступал ещё один жирный коллаборационист. Во всяком случае жирным выглядел его силуэт в свете фонаря. Узбек пошёл напролом, через главный вход, но не встретил никакого сопротивления. Куда бы он не заглядывал, везде его встречали лишь старухи. Они провожали его глазами, шарахались от него в стороны, но не спешили нападать.
Узбек заглянул в очередную палату обнаружив, что она пуста.
Внезапный удар в затылок, заставил его упасть на колени. Ещё один удар. Неизвестный поднял узбека на ноги, со всей силы проложил головой об дверной косяк. Из рассечённого лба хлынула кровь, заливая глаза. Узбек ослеп, но попытался отбиться скальпелем. Секунду спустя, напавший отобрал скальпель и вогнал узбеку под левую ключицу. Ещё удар и он уже лежал на полу широко раскинув руки. Ему наступили на руку, чуть ниже локтя, схватили за запястье и потянули на себя, сломав руку. Узбек закричал от боли, не осознавая, что может быть хуже.
Лодыгин уже не контролировал себя. Потеряв пистолет в канализации, он решил разделаться с узбеком голыми руками. Ухватив узбека у места перелома левой рукой, он принялся тянуть её на себя, правой все ещё держа того за запястье. Лучевая кость проткнула кожу и вылезла наружу, локтевая кость сломалась на середине предплечья. Жертва забилась словно в припадке, уцелевшей рукой бессистемно нанося Лодыгину удары по голове. Капитан продолжал тянуть, лучевая кость вылезла ещё больше, почти до запястья, локтевая снова сломалась у запястья же.
Узбек уже не мог сопротивляться.
Лодыгин подвёл к горлу узбека его же собственную кость. Ещё мгновение и всё будет кончено. Он занёс над жертвой руку, чтобы довольно своеобразным образом, а именно, дав "пять" узбеку, вбить кость в горло...
Лёжа в крови и почти ничего не соображая, он уже попрощался с жизнью. Размытый и жирный силуэт навис над ним, в горло что-то упиралось, но он не умер. Силуэт оттащили в сторону старухи, а он, желая только выжить, максимально быстро встал на ноги и побежал к выходу. Напавший взревел, раскидал старух и бросился вдогонку.
Узбек не хотел умирать, поэтому игнорируя боль и травмы несся на выход. Он бежал, пытался вернуть кость обратно в руку.
Вырвавшись на улицу, он даже не смотрел вперёд, а только под ноги, но, когда поднял голову, увидел ещё четверых. За спиной, уже стоял тяжело дышавший Лодыгин.
Беглец глубоко вдохнул, скривился от боли и схватив себя за запястье искалеченной руки, со всей силы попытался развести их в стороны. Кость вернулась на место, кровотечение усилилось. Не моргнув и глазом, он вытащил здоровой рукой скальпель из-под ключицы и приготовился ко встрече с неизвестным.
Глава 20. Омега.
- Что вы все здесь делаете? - Спросил Линдквист, глядя на остальных.
