— Пытались? — с сарказмом отозвалась Агнесса. — Простите, но я как-то не заметила особых ваших усилий. Вы проводите в замке всего несколько месяцев в году. И что-то я ни разу не видела, чтобы вы спускались в подвал. Только и знаете, что глазеть на карту да украдкой вздыхать!
Петер аж онемел от дерзости дочери. Пару раз открыл рот в возмущении, но так ничего и не сказал. Растерянно посмотрел на меня.
Стоит признать, что расставание с Вейном явно пошло Агнессе на пользу. И куда только делась скромная девушка, не смеющая лишний раз поднять взгляд от пола?
Но не буду лукавить — новая Агнесса мне нравилась намного больше прежней. Раньше мне постоянно чудилась фальшь при разговоре с девушкой. А теперь я не сомневалась, что Агнесса не лукавит и не притворяется. Как говорится, лучше быть хорошим человеком, ругающимся матом, чем тихой воспитанной тварью. Пусть Агнесса пока и не позволяла себе крепких словечек, но теперь хотя бы понятно, что решимости ей не занимать.
— Агнесса права, — поторопилась поддержать я девушку, воспользовавшись тем, что Петер пока был не в состоянии продолжить разговор. Прильнула к мужу и нежно заворковала, подобострастно глядя на него снизу вверх: — Дорогой, одна голова хорошо — а три совсем замечательно. Быть может, вместе нам удастся расшифровать карту. В конце концов, свежий взгляд многого стоит. Вдруг ты чего-то не замечал в ней в упор?
— Не замечал? — с какой-то странной интонацией переспросил Петер. Покачал головой. — О нет, моя дорогая Тереза. За эти годы я выучил ее наизусть. Могу сам нарисовать с точностью до мельчайших деталей. Беда в том, что открыть ее тайну может лишь мой отец. А он уже давно в могиле.
«Даже с мертвецами возможно побеседовать», — едва было не ляпнула я, но в последний момент прикусила язык.
Нет, о таких способностях мне точно не следует распространяться. Если Петер узнает, что главный инквизитор далеко не зря подозревает, будто я — ведьма, то, вполне вероятно, откажет мне в помощи. Разве какому-нибудь человеку будет приятно находиться рядом с тем, кто в любой момент может подчинить его своей воле и заставить выполнять любое желание?
— Попытка не пытка. — Агнесса выдавила из себя слабую улыбку. Взглянула на меня и весело поинтересовалась: — Не правда ли, Тереза?
— Угу, — буркнула я, соглашаясь с ней, а про себя подумала: «А вот если эта попытка провалится — то, скорее всего, мне придется испытать на себе и пытки».
— Ну хорошо. — Петер неохотно кивнул, сдавшись под нашим напором. — Пусть будет так. Однако как нам отвлечь внимание Джестера? Не выгонять же его из замка. Да он и не уйдет. А так наверняка вмешается в самый неподходящий момент.
В обеденном зале после резонного вопроса повисла долгая пауза. Агнесса нервно покусывала нижнюю губу, Петер хмурился, а я опять окунулась в воспоминания о недавнем поцелуе.
Пожалуй, я знаю способ, чтобы Джестер нам не мешал. Беда только в том, что для этого мне необходимо быть рядом с ним. А я бы очень хотела взглянуть на карту. Кроме того, я уверена, что отец Петера не откажется со мной побеседовать вновь. Возможно, мне удастся вывести его на откровенность и убедить открыть место, где он спрятал драгоценности. Однако для этого необходимо, чтобы Джестер был как можно дальше от меня. Уверена, что инквизитор вряд ли оценит, если я в его присутствии начну общаться с призраками.
Дилемма настоящая!
— Я возьму это на себя, — вдруг заявила Агнесса.
— Ты? — изумленно воскликнул Петер.
— Да, я! — Агнесса горделиво вздела подбородок и встала. Отчеканила, глядя в глаза ошарашенному отцу: — Не беспокойтесь, господин. Я все устрою в лучшем виде. Джестер Курц сегодня не будет никому досаждать.
— Хотелось бы верить. — Петер хмыкнул. Хотел было что-то добавить, но в последний момент передумал и махнул рукой.
Любопытно, а что задумала Агнесса? Почему она так уверена в успехе своего предприятия? Или вздумала воспользоваться женскими чарами?
И неуемное воображение тут же нарисовало мне картину мило воркующей парочки. Вот Агнесса склоняет голову на плечо Джестеру, и тот легонько целует ее в лоб. Затем властным движением приподнимает ей подбородок и…
Я чуть не зашипела в полный голос от досады и неимоверным усилием воли не дала себе досмотреть эту мысленную сцену. Сердце сжалось от приступа ревности.
Да что со мной такое? Сдался мне этот инквизитор. Надо уяснить раз и навсегда: он мне враг. Он хочет бросить меня за решетку. И если Агнессе действительно удастся влюбить его в себя — то тем будет лучше для меня.
— Тереза? — негромко протянул Петер. — Ты в порядке? Ты как-то странно побледнела.
— Все хорошо, — с кривой улыбкой заверила я. — Наверное, еще недавняя болезнь сказывается. Слишком много потрясений за последние сутки.
— Ну, если никто из вас не против, то я пойду, — проговорила Агнесса и решительным шагом отправилась к дверям. На самом пороге притормозила и снисходительно кинула нам через плечо: — Вы тоже время зря не теряйте. Понятия не имею, насколько мне удастся задержать Джестера Курца. Но обещаю, что приложу к этой задаче все свои силы!
