Осторожно раздвинув ближайшие кусты, Сергей обнаружил вход в подвал. Дорожка к нему была утоптана. Им часто пользовались. Выждав минут десять, оперативник подкрался к дверцам подвала. Старые гнилые дверцы запирал лишь ржавый металлический засов. Он аккуратно толкнул скрипучую задвижку, стараясь не шуметь. Дверцы были тяжелыми. Он приоткрыл одну из них. Тяжелый смрадный воздух тут же вырвался на волю. Сергей зажал нос и отшатнулся. Казалось, воздух был вполне густой и осязаемый, и его можно было потрогать. И вместе с ним вырвалась аура вековых мучений и страданий, отдаленное эхо детских голосов. Они молили о помощи… когда-то давно… но зловещее поместье запомнило эти крики навсегда.
Оперативник замер. Поток воздуха вернул его на семь лет назад. Мольбы о помощи слились в один голос… голосего ребенка. Тогда он был обычным сельским полицейским. С прибывшей из города группой следователей, они разыскивали похитителя детей. След вывел их в старый лесной массив, где они ночью обнаружили изуродованные тела. Они лежали в заброшенном поваленном доме. Вокруг были разбросаны амулеты, стены изрисованы странными знаками. Ужасное кровавое зрелище. И в какой-то момент у него зазвонил телефон. Он взял трубку. Это была жена. Она плакала навзрыд, слов не разобрать. Их дочь пропала. Сергей знал, где искать. Оставив одного патрульного, в доме они бросились осматривать местность вокруг. И вскоре услышали тот самый крик. Девочку за волосы тащила долговязая старая женщина. Страшное морщинистое лицо искажало брезгливость и отвращение от мольбы ребенка. Она с силой дернула ослабевшую девочку так, что хрустнули шейные позвонки. А потом она увидела окруживших ее полицейских. Ее не испугали пистолеты и приказы сотрудников. Она лишь поднесла к шее ребенка обглоданную до остроты кость и громко безумно засмеялась…
Сергей, не мигая, уставился в одну точку. По раскрасневшемуся лицу пробежала слеза. Казалось, это давно было стерто из его памяти. Гипноз, таблетки, психотерапия. Он думал, что остался только факт из его жизни и никаких эмоций, только работа. Кто-то сейчас играл с его подсознанием, выматывая тело и душу.
Оперативник стряхнул наваждение, бодро помотав головой. Он твердо решил не совершать ошибок прошлого и сделал шаг внутрь.
Шаг за шагом, стараясь не шуметь, он спускался во мрак, придерживаясь за деревянный поручень. Запоздало вспомнив о телефоне, Сергей включил на нем фонарь. Винтовая лестница вела глубоко вниз. Усадьба уходила ещё на два-три этажа под землю.
Вскоре он упёрся в чуть приоткрытую дверь. За ней было тихо. Оперативник посмотрел на экран телефона. Индикатор жалобно мигал, прося о подзарядке. Он выключил гаджет и десять минут стоял в полной тишине и темноте, пытаясь хоть что-то услышать. Ощущение, что он идёт напрямую в мышеловку, а вероятнее всего на мучительную смерть уже не оставляла сомнений. Он должен был задержать, отвлечь сто одиннадцатого до прибытия помощи. Сделать все возможное, действуя по ситуации. Он три раза глубоко вдохнул, прогоняя слабость и сомнения, тихо скользнул во мрак.
«Как быстро я привык к этой невыносимой вони» — отметил Сергей.
Пробираться приходилось практически на ощупь. Он шёл вдоль стены, касаясь ее пальцами. Холодный камень, казалось, был единственной связью с миром темноты. Сергей шёл дальше, медленно и тихо. Главное не дать разыграться воображению. Полный контроль эмоций. Все как учили.
Но даже сейчас, будучи максимально сосредоточенным, он почувствовал чей-то взгляд на спине. Противное мерзкое чувство…
Бум!
С грохотом закрылась тяжелая наружная дверь, ведущая в подвал. Мышеловка захлопнулась…
Сергей сглотнул слюну. Стал двигаться дальше. Иного пути уже не было. Метров через десять он случайно пнул какой-то округлый предмет, но в абсолютной тишине это было подобно взрыву петарды. Сергей замер. Никакого действа не произошло. Он медленно присел, стараясь не хрустеть коленными суставами. Пошарив вокруг, он нащупал неизвестный предмет и взял его в руки. Осознание того, что он держит, сильно не понравилось. Он встал и сделал ещё шаг. И снова наткнулся на препятствие. И снова, и снова. Предметов было так много, что он уже поднимался на их свалку, каждый раз морщась при касании руками.
Сергей достал телефон, решив попробовать найти выход и осмотреться. Остатки заряда преобразовались в слабый луч фонаря. Оперативник на миг пожалел о содеянном. Его догадка подтвердилась. Он стоял на человеческих черепах. Их было много, очень много. Огромный зал был наполнен ими до отказа. Гора их высилась, местами доставая почти до потолка. Они были разных размеров.
Масштаб ужаса заставил сердце Сергея биться в два раза чаще. Руки предательски задрожали. Сколько человеческих жизней забрал этот монстр?
Немного придя в себя, он разглядел в конце зала уголок двери. Он погасил фонарь и полез вперёд. Сохранять режим тишины больше не представлялось возможным. Нога на каждой кости норовила провалиться или соскользнуть. Вновь вернулся смрад потревоженного могильника. С каждым метром все сильнее и сильнее.
