Нейт всхлипывал и кусал губы. Леони знала, что не сумеет сказать ему это: оставим Дрейка здесь, ему больше не помочь. Прости, мне жаль. Он сам решил встретиться с этим Роули, а тот, вероятно, и призвал эту дрянь, чем бы она ни была.
Сладко-солёный запах крови и пота пропитал их собственные волосы и кожу. Они всё тащили Дрейка по шагу, по полшага; бионическая рука не сдавалась, чего Леони не могла сказать о сплошной гематоме остального тела. Регенеранты сработали, ноги шевелились нормально — ей повезло, обошлось без переломов конечностей. Рёбра — ерунда, не проткнули лёгкое — и ладно.
Раптор Дрейка блестел вдали, словно невыносимое обещание надежды.
— Уже близко. Дрейк. Мы тебе поможем, — Леони осознала, что Нейт давно шепчет что-то своему наставнику, уговаривает потерпеть, умоляет остаться в живых. У него капали с носа слёзы и сопли, он был почти смешным с раздутым носом и красными глазами, грязный мальчишка из деревни.
— Всё хорошо, честно. Чуток потерпи. Ты меня вытащил, знаю, и я тебя вытащу. Сукин сын этот Монстр. Мы ещё с ним встретимся. Морду набьём и всё такое. Только потерпи.
Он начинал плакать и добавлял:
— Пожалуйста.
Раптор опознал хозяина по отпечатку, а чтобы сфотографировал сетчатку, пришлось задрать веко и сдвинуть глазное яблоко. Нейт замешкался, прежде чем решиться, но Леони держала Дрейка бионической рукой, так что выбора не оставалось. Он сунул грязные пальцы в глаз, пробормотав очередное «Прости».
— Всё нормально, — буркнула Леони. — Он бы разрешил.
Места внутри было мало, но она забралась с Дрейком и подключила его к полной системе жизнеобеспечения. Аппарат искусственного дыхания вошёл в горло, заставив рот широко раскрыться. Сломанный череп зафиксировали в стерильном прозрачном колпаке, похожем на большую шляпу гриба. Отвратительная рана преломилась в этой слизи и стала ещё больше. Леони отвернулась.
Система пискнула: нет признаков жизни. Леони стукнула кулаком по сенсорной доске.
— Ты уж давай, выжми.
Нейт тоже хотел залезть и проверить, но Леони его отпихнула.
— Нечего там смотреть. Давай-ка сделаем то же самое. В смысле, вон там Бабка, а дальше — твой. И на базу.
Нейт ещё раз попытался заглянуть ей за плечо. Писк «Нет признаков жизни» повторился, Леони оттолкнула парня:
— Давай-давай. Шевелись.
Тот шмыгнул мокрым носом и мотнул головой.
Нейта впервые укачало в собственном рапторе; механизм шёл на автопилоте, как умный козовер, волочащий пьяного хозяина к дому. Даже тихонько пофыркивал: что-то внутри работало, дышало, телеметрию он отключил, оставив простую и скучную картинку за окном. Пару раз хотелось остановиться, открыть люк, сдвинуть стекло или даже высунуться из распахнутой двери, чтобы стошнило, но потом отпускало, как будто оседал песок на дне бутылки с мутной водой. Умом Нейт понимал: в рапторе воздух чище, обогащён кислородом, всякие тут фильтры, в которых он неплохо научился разбираться благодаря Дрейку.
«Дрейку».
Он жив, конечно. Нейт вообще не мог представить Дрейка мёртвым. Ну да, дыра в голове — подумаешь! Однажды у них в Змейкином Логу такое случилось, вроде Нейт от Мамаши Кейбл слышал или от Шляпы, или от Милли… От кого-то! Мол, не повезло одному парню, грохнулся с трактора прямо на борону и башку себе пробил. Ему потом железку поставили, и ничего, только завязывать потом приходилось — от дождя, чтобы не ржавела…
Нейт ведь точно помнил такую историю. Наверняка она правдивая. Зачем врать?
Ну и то деревня, а то — целая база. В рапторах тоже вон всякая помощь — его самого схватили мягкие прорезиненные канаты, проверяли, но не нашли ничего интереснее нескольких десятков синяков, ссадин и лёгкого сотрясения мозга. Это он заработал в последний момент, когда тварь, лопаясь от искры, откинула его прочь. Нейту страшно повезло — плюхнулся в противно-горячее, как свежие вывернутые кишки, зато мягкое месиво, вырубился — может, на час или два, а потом…
«Леони», — он позвал её, та ответила. Видеосвязь отобразила запеленатое грибообразной «шляпой» лицо: были видны глаза, вместо одного — кровавое пятно, кровь из носа и рта. На тёмной коже потёки выглядели чёрными. Леони пошевелила губами, но, похоже, говорить не могла, и Нейт оставил её в покое. Он попытался вызвать и Дрейка и получил молчание механического автопилота.
«Всё будет в порядке». Дрейк точно не из тех, кто просто так умирает. Заделают ему дыру в голове, подумаешь.
«И вообще, меня вон и так отправить в Ирай собирались, а теперь точно вышибут…» — эта мысль почему-то не вызывала никаких эмоций. Нейт злился на Дрейка прежде — мог бы вступиться против чёртовых близнецов Юнассонов, за него! Нет же, изображал принципиальность, всегда он такой был, зануда. Вот как вылечится, Нейт ему выскажет всё, что думает, а после того, как отправят в Ирай, будет стучаться там во все двери и умолять вернуть обратно.
