Несколько человек из нашего кружка, я припоминаю, даже попытались отыскать в истории слабые места, доказать, что это чепуха. Вроде бы Эйзентраут утверждал, будто проделал описанный Геккелем путь из Виттенберга в Люнебург, и заявлял, что рядом с дорогой нет никакого кладбища. Что же касается самого Геккеля, он воспринимал подобные обвинения в нечестности совершенно равнодушно. Мы попросили его рассказать, что он думает о некромантах, и он нам рассказал. Ему больше нечего добавить по данному вопросу.
И он был по-своему прав. Это всего лишь история, рассказанная жаркой ночью много лет назад, в те времена, когда я еще лишь думал о том, кем стану.
И вот теперь, сидя здесь перед окном, сознавая, что у меня уже никогда не будет сил, чтобы выйти за порог, и скоро я должен буду отправиться вслед за Пуррацкером и остальными, я ощущаю, как ко мне подкрадывается страх, страх перед тем кошмарным местом, где смерть держит в пасти прекрасную женщину, а та стонет от наслаждения. Я, если хотите, все эти годы бежал от истории Геккеля, прятал голову под одеялом здравого смысла. Но теперь, в конце, я вижу, что мне негде укрыться от нее, точнее, от ужасного подозрения, что в ней, этой истории, содержится ключ к главным законам, на которых зиждется мир.
