«Хр-рясь!» - Берк преломил о колено ветку и подкинул в уже почти затухший костер.
-И вам… Г-господин! – с трудом выдавила Гвиана, про себя заменив обращение к Повелителю на куда более заслуженное слово «Гад!»
Выбравшись из-под собственного плаща, Гвиана шмыгнула в лес, стараясь не встречаться взглядом с остальными. Не трудно догадаться, что они думают. Оставаться равной среди магов-мужчин и так было не просто. Обычно спасала привычка бить фаерболами наотмашь и умение мастерски нарезать на кусочки противников, за которое Гвиана и получила прозвище Безжалостной. Но, чтобы ни случилось предыдущей ночью, с ее репутацией Темный Властелин только что покончил. Гвиана от души пнула ближайшее дерево. И ведь не пила даже толком! Подумаешь, совсем немного вина за ужином у костра!
Минут через пятнадцать, медленно выдохнув, Гвиана вернулась в лагерь. Ослепительно улыбнулась, взглядом просверлив в явно собиравшемся съязвить что-нибудь Фрате несколько дыр.
-Далеко еще до твоей деревни, Берк? – как ни в чем ни бывало, осведомилась Гвиана.
-Прилично! – притворился, что ничего не заметил парень. – А вы что, с Гэлом всю ночь вместе спали?
-Ночь была холодная. Я замерз! – невозмутимо отрезал Темный Властелин, поднимаясь, наконец, с земли.
Подхватив ее плащ, он услужливо подал его Гвиане. Магиня мысленно снесла ему голову мечом.
Следующие несколько дней к пещере таинственного Звура они шли молча. То есть, Гвиана ни слова не сказала по пути их Господину. В смысле Гэлреду. То есть Властелину, будь он неладен Тьмы! Которого она воскресила вовсе не за тем, чтобы влюбиться! И всякие там шашни в темном лесу… минутная слабость, глупость, дурость! Не более! Гэлред же жужжал, не переставая, дав изрядную фору своему говорливому потомку. Болтал он обо всем. О том, что прежде маги были сильнее, а теперь как-то не впечатляют. О том, как сражался со светлым воинством, чуть ли не в одиночку. Хвастался в общем. Но к Гвиане не лез, только поглядывал искоса. Да норовил то плащ поправить на улегшейся на ночной привал девушке. То кусок дичи, добытой Балианом протягивал с костра, что повкуснее. Гвиана хмыкала, делала вид, что не больно-то надо, но украдкой следила за их Повелителем.
«Дура! Ду-ура!» - непрестанно твердила она себе.
Истории влюбленностей в мировых мерзавцев хорошо не заканчиваются. Это ж понятно. Даже принцессе. Ей вообще положено встретить прекрасного принца и жить с ним счастливо! Как во всех сказках написано. Ах, ну да! Принцесса-то она бракованная…
-Твоя очередь дежурить! – сонно заявил Гэлред, легонько толкнув Гвиану в плечо. – Хотя, если хочешь, я еще подежурю. За двоих.
-Вот еще! – покраснела Гвиана, которой и без того не спалось.
Она уселась подле ночного костра, глядя на слетевшихся к нему мотыльков. Интересно, куда подевались все прежние возлюбленные Темного Властелина? Или их не было? Случайные встречи, города, взятые штурмом, кровь и слезы? Глядя на нынешнего Гэлреда, хочется думать, что все это выдумки, преувеличения. Жуткие страницы книг, написанных исключительно светлыми, между прочим, хронистами. Точка зрения проигравших, то есть темных, никого понятное дело не интересовала…
-Когда я была очень юной… то читала ужасные вещи о тебе, - тихо произнесла Гвиана, сидя к улегшемуся на траву Повелителю Тьмы спиной.
-А когда я был юным, даже младше Берка, то я их делал, - зевнул за ее спиной Властелин Тьмы. – Не от хорошей жизни, правда. Но думаю, не всему можно найти оправдание.
Гвиана вздохнула. Больше вопросов ей задавать не хотелось. По крайней мере, сейчас. Когда руки Повелителя Тьмы обвили ее плечи, она не удивилась. Просто осталась сидеть, глядя на костер, ощущая, как он прижался к ее спине. Боясь шевельнуться, чтобы не разрушить возникшее между ними тепло и этот миг.
Принцесса бежала. Украсть лошадь на конюшне у нее не получилось. Там вечно крутился кто-то из конюхов или их многочисленных помощников. А времени было слишком мало. Так что она попросту выскользнула из дворца, воспользовавшись накидкой одной из служанок. К счастью, никому в голову не пришло разглядывать лицо девчушки, плотно скрытое капюшоном. Стражники привычно кивнули ей, приняв за Кэтти, и принцесса беспрепятственно выбралась. Теперь ей оставалось только бежать. Так далеко, как сможет.
Гвирианна знала, что за ней вскоре пошлют погоню. Едва король и королева хватятся приговоренной к смерти принцессы. Интересно, как именно они планировали избавиться от нее? Незаметно отравить за ужином? Подослать убийцу в ее покои?! От этих мыслей становилось не по себе. Зато прибавлялось сил. В свой первый день «на свободе» Гвиана бежала до самой ночи, лишь изредка останавливаясь, чтобы перевести дыханье. Не обращая внимания на боль в уставших ногах. А когда наступила ночь, принцесса продолжила бежать, идти, ковылять, буквально продираясь сквозь лесную чащу. Она шла без устали почти два полных дня, задержавшись лишь возле ручья, чтобы напиться вдоволь и наполнить бурдюк для воды, что прихватила с королевской кухни, вместе с мешком лепешек.