Когда я села в машину первое, что мне попалось на глаза, наши телефоны, мирно провалившиеся два дня тут в выключенном состоянии. Неосознанно меня передернуло. В памяти всплыли воспоминания, о пятничном дне; Олег, папа, журналисты… я глубоко выдохнула, Лист сел со стороны водительского сиденья.
— Я обычно включаю его на въезде в город! — проговорил он улыбаясь. — Пусть еще хотя бы час мы будем наедине с собой. — добавил он. — Пожалуйста. — протянул моля с надеждой.
— С радостью, проговорила и убрала свой телефон в карман, а его на панель.
Дорога до дома заняла примерно час, около семи Лист припарковался у моего дома. Рядом с внедорожником отца, его два охранника выпрямились по стойке смирно, увидев меня в машине стоя у входной двери, значит отец был внутри. Лист хотел выйти, чтобы открыть мне дверь.
— Не надо, — остановила я его рукой, — Видишь, добрых молодцов, отец дома.
— И мне теперь значит нельзя тебе открыть дверь? — спросил Лист удивленно.
— Мне они ничего не сделают! — проговорила я смущаясь. Лист рассмеялся, откинулся на подголовник взяв мою руку и заговорил.
— Когда я пытался только с тобой познакомится, и искал кто может нас представить. Ну ты же понимаешь, разные тусовки пересечений ноль целых ноль десятых. Так вот те кто мог, в один голос говорили, что максимум на что я могу получить при таких настойчивых попытках, это переломанные кости. Меня это не остановило. — он замолчал. — Может я просто считаю себя почти "бессмертным пони" или ужасно везучим. А может и то и другое одновременно. — он посмотрел на меня и поцеловал тыльную сторону ладони. — Но моя жизнь и то что я сейчас здесь доказывает, только одно, пока я делаю то что хочу, и как я хочу. Слушая лишь свое сердце у меня все будет получаться, так как я хочу. — он замолчал, улыбнулся полуулыбкой Будды и открыл свою дверь, обойдя машину по кругу. Папина охрана не сводила глаз с машины и меня. Проводила Листа взглядом. Он же спокойно открыл мою дверь и помог выйти.
— А сейчас я хотел открыть тебе дверь и помочь выйти. — он поцеловал меня в щеку. — Потому что ты моя! И я это сделал бы даже зная, что вот сейчас эти парни переломают ноги.
Я втянула носом прохладный утренний воздух с примесью, грейпфрута и моря.
— Что ты сегодня делаешь вечером?! — спросил Лист, продолжая, держать меня в кольце своих рук не обращая внимания сверлящих взглядом его спину охранников.
— Не знаю, наверное ужинаю, завтракаю с тобой… нужное подчеркнуть… — зажмурившись сказала ему.
Лист, рассмеялся и обнял меня крепче, зарывшись рукой в волосах. Поцеловал. — Тогда где-то в районе семи, восьми, я за тобой заеду. Предварительно напишу. — и замер, продолжая, обнимать. — Отправь меня уже, а то я так и простою с тобой весь день.
— А если я не хочу, тебя отправлять?!
— Надо. — тяжело выдыхая сказал он.
— Тогда иди. — проговорила я и высвободилась из его рук.
Влад сел в машину, а я поздоровавшись с охраной, нажала кнопку, что служила пропуском, посмотрела в камеру. Дверь послушно пискнула и отворилась.
Скинув на пороге кроссовки, я услышала злой голос отца.
— Значит это правда и моя дочь действительно провела выходные с Листом, поменяв одного бабника на другого, лучше кандидатур не было?! — спросил отец, облокотившись на стену. Красив, свеж как первый снег, чисто выбритый, подтянутый в общем воплощение брутальности, силы и денег в одном флаконе. Наверное Лист в его возрасте будет выглядеть примерно так же всплыло в воображение совсем неуместное сравнение.
— Какими ветрами, занесло сюда моего папочку, впервые за два года? — игнорируя его вопрос, задала я свой и сама же улыбнулась своей наглости.
— Дочь, ты читала его биографию?! — отец сразу перешел в наступление и аргументации почему мне нельзя быть с Листом.
— И что там интересного? — спросила у отца, зная, что он все равно заставит меня прочитать этот отчет. Так уж лучше это сделать добровольно.
— Он детдомовец, бабник со скажем честно подмоченной репутацией.
— Ну извини папа не всем повезло родиться, как мне в семье, где отец из списка форбс! — сказала я с сарказмом.
— Он актер! — проговорил на выдохе отец, последний аргумент.
— Пап, а я пишу картины, и чем я тогда лучше Влада?!
— Машенька, ты у меня единственная дочь, наследница, как сказала та журналистка… — он замолчал, собрался с мыслями и продолжил. — Вот ты действительно думаешь, что он не заведет себе как Олег какую нибудь на стороне?! Ты правда в это веришь?
— Пап, я не собиралась и не собираюсь спонсировать ни одного мужчину в своей жизни! Тем более он ничего не просил! Да и Олега я не содержала если ты помнишь.
— Так вот он сразу и сказал, Мария Александровна, а переведите мне пару миллионов. Маша это не так делается! — сказал он обреченно.
— А как?! Ты то у нас лучше знаешь, папа… — хотела сказать про всех его кукол, с момента их с мамой развода, но решила не наступать на больную мозоль.
— Потихоньку, мол машину надо поменять, квартира маленькая. — проговорил он.
