В любой другой день Аллан бы непременно попытался подколоть Влада по этому поводу, но сейчас он даже не заметил странное поведение обычно гордого и заносчивого водяного. Оборотень не отводил глаз от Мирины. Он бродил взглядом по её неестественным рыжим локонам, мертвенно бледной коже, искусственным алым ногтям…
И все еще видел сентиментальную славянскую девушку с темно-русой косой до пояса и живыми зелеными глазами…
Поэтому волк продолжал брести дальше. Шерсть на его боку была багрового цвета, поэтому он еле держался на лапах. Он петлял между деревьев, то и дело падая на кусты ягод. Те любят лишь людей, поэтому нещадно цеплялись за больное тело волка своими острыми ветками. Но волк в ответ лишь мог коротко постанывать.
Вдалеке волк услышал пение. Молодые люди задорно кричали, видимо, что-то праздновали — волк был неместным, он не знал обычаев. Но он понимал, что ему нужно бежать в противоположную от песен и смеха сторону, если он не хочет стать чьим-то воротником.
Вскоре деревья и кусты закончились, и волк увидел берег реки.
“Вода — это всегда хорошо, — подумал волк, завороженный игрой лунного света на темной воде. — В этой стране не принято купаться по ночам, а значит, я смогу напиться до сыта в одиночестве”.
Волк из последних сил ринулся к воде. Но когда он достиг края берега, он неожиданно заметил, что небольшой силуэт, который он изначально принял за валун, на самом деле оказался девушкой. Та сидела, сгорбившись, у самой кромки реки, пальцы её оголенных ступней касались холодной воды. В руках она сжимала венок из полевых цветов. Пристально глядя на цветы, она что-то нараспев шептала.
Волк застыл у неё за спиной. Он не шевелился, но девушка, видимо, почувствовала его дыхание затылком и отвела взгляд от венка. Она побоялась обернуться, поэтому посмотрела в воду. Из реки на неё смотрел огромный черный волк.
— Здравствуй, волчонок, — прошептала девушка, облизнув пересохшие губы. — Ты же позволишь мне уйти живой?
Волк еще плохо знал местный язык. Из всего сказанного он понял лишь слова “волчонок” и “живой”. “Живой” и “мертвый” люди часто говорили, когда его видели. Он быстро понял их значение. Но вот ”волчонок” славяне, проживавшие в этих краях, говорили по отношению к маленькому волку, еще ребенку. А эта девушка его — гигантского волка с черной всклокоченной шерстью, широкой пастью и горящими глазами — назвала волчонком…
Волк не смог долго рассуждать — издав протяжный вой, он повалился на бок.
— Ой, это никак кровь у тебя! — воскликнула испуганно девушка. В следующую секунду волк почувствовал, как его тяжелую тушу с трудом куда-то тащат.
“Ну, все, вот и конец! — промелькнуло в голове волка. — Сейчас она позовет своих друзей, который меня с легкостью добьют и освежуют”.
— Лежи, лежи, не бойся! — пролепетала девушка, когда волк попытался из последних сил вырваться из её маленьких ручек и убежать. — Я помочь хочу. Ты же меня не съел. Значит, я должна отплатить тебе.
Волк почувствовал, что его положили под какое-то дерево и укрыли ветками. Он хотел бы знать, что происходит, но уже не мог полностью открыть глаза. Лишь лунный свет успокаивал его органы чувств.
— Ну и рана у тебя, конечно! — услышал волк девичий голос и почувствовал, как её пальцы аккуратно раздвигают шерсть на его боку. — Тут нужно перевязать.
Волк услышал хруст веток — девушка куда-то ушла.
“Поняла, что я безнадежен, и бросила меня, наверное”, — подумал волк и устроил голову поудобнее, чтобы уйти на тот свет с маломальским комфортом.
Но спустя несколько минут рядом с берегом снова послышался хруст веток.
— Эй, не умирай! — прокричала уже знакомая девушка и на морду волка полилась вода. Затем что-то холодное, похожее на какие-то листья, легло на его рану. Следом раздался треск ткани. Волк приоткрыл глаза и увидел, что девушка рвет подол своего белого платья-сорочки на полоски.
— Сейчас тебя перевяжем и все заживет, — участливо приговаривала девушка, перетягивая тканью бок волка. — Как тебя, кстати, зовут?.. Я не разговариваю на языке животных, поэтому никогда не узнаю твоего имени. Поэтому я буду звать тебя просто волчонок. Пойдет?.. Конечно, пойдет! А меня Мирина зовут, от слова “мир”. Я должна нести мир и спокойствие в дом… Ну или раненым волкам. — Девушка рассмеялась и закончила повязку узлом. — Не туго? Знаю, что туго, но так надо — иначе кровью истечешь. А еще я тебя под березу положила, а ты же знаешь, что она лечит… А теперь поспи, а я приду тебя проведать утром.
Девушка ушла. Волк провалился в бредовый сон. Ему снился далекий дом. Дом, который остался на островах западной Европы, в Ирландии. Дом, который населяли друиды, феи, лепреконы и банши, если верить рассказам матери.