И тут страх навалился всей мощью. Страшным было понимание, что он видит мертвецов. Неприятной была последовательность – они стояли друг за другом, как и уходили из жизни. Дверь в кабинет русского языка и литературы внезапно оказалась совершенно чуждой. Она начала дышать зловонием, неприемлемым до содрогания каждого мускула, будто объелся лимонов. Но то, что было за ней, готовилось появиться, и было настолько ужасным и неприятным, что хотелось бежать, вопя и выдёргивая из головы волосы. Он не хотел знать, что там за дверью! Он всей душой не воспринимал ХОЗЯИНА КАБИНЕТА. Но его удерживало только понимание, что он видит своих родителей в последний раз.
ОНИ МЁРТВЫЕ! МЁРТВЫЕ!
И не только в жизни, но и во сне. Он больше с ними никогда и нигде не встретится. Никогда! Хотел окликнуть, позвать, кричал. Но ожидающие не реагировали на призыв, даже обычно такая весёлая и подвижная Люсия.
Сейчас прозвенит звонок и появится ХОЗЯИН КАБИНЕТА!
Отвращение победило любовь! Звонок! Напряглась, выгнулась дышащая дверь. Только жалость. Он жалел изможденные фигуры, которые сразу и как-то быстро становились чужими и лишними… Звонок!
– Нет! – закричал он и зарыдал. – Я не хочу! Не надо! Не надо!
– Что с тобой? – Нина встревожено трясла его за плечо, другой рукой пытаясь заглушить будильник.
Он плакал навзрыд и не мог остановиться. На что жена сонно констатировала:
– Допился…
…Видения, сны, ощущения. Он боялся их, их несправедливости, неисправимости, тайны. Поэтому любил засыпать пьяным. Как здорово не видеть снов! Фантастика! Но сны научились пробиваться и в пьяный бред. Для того, чтобы они ну хоть чуть-чуть не запоминались, приходилось принимать на ночь всё большую дозу.
И вдруг как отрезало. После того, как застал жену с любовником, как выплеснул злость: её наградил «фонарём», ему расквасил губу. Даже в карты начал проигрывать, а обычно везло.
И через несколько месяцев всё вернулось. С чего началось? С пожара? Он представил, как огонь охватывает квартиру и убивает Нину. Было ли это предчувствием, видением? Вряд ли. Он же не спал. Когда видел Нину в последний раз, та преспокойно считала деньги. Живая и невредимая… Но тогда, ещё в санатории, когда он представил квартиру в огне, было СТРАШНО. А сегодня он видел Нину, повторяющую что-то насчёт квартиры. Но если верить «припадкам», почему Маруся видела нечто подобное? Как соотнести незнакомую девушку со своими психическими проблемами?
Но сейчас всё по-настоящему. Где и когда он видел эти кусты – неважно. Есть зуд дежавю. Он знает, что за кустами будет нечто ужасное – то, что перевернёт в нём всё и, возможно, даже убьёт. Он знает, чувствует. Но не в силах сопротивляться. И продолжает методично проламываться сквозь подлесок. Ветки хлещут по лицу, царапают руки, цепляются за одежду, скребут по корпусу автомата.
Он идёт. Навстречу. ХОЗЯИНУ КАБИНЕТА. Он. Уже. ПРИШЁЛ. Внезапно расступившись, кусты показали крохотную лужайку.
На лужайке лежал мертвец.
Пятясь, как рак, он отступил обратно. Ветки постепенно заполоняли пространство, скрывая лужайку и то, что на ней находилось. Молчун отступил. Он сделал своё дело. НАШЁЛ. Но никакие силы не заставят приблизиться к находке. Свинцовой тяжестью налился мочевой пузырь. Он вырвался из кустарника, словно дрессировщик из львиной пасти, заметил, как дрожат руки, расстёгивая ширинку, как пляшет струя, вырисовывая кренделя у близрастущего дерева.
– Твою мать, Молчун! – громыхнуло сзади. – Мы зовём, зовём его, понимаешь ли, а он тут нужник нашёл!
Маруся хихикнула и отвернулась. Они выломились за спиной, треща ветками и сброшенными сосновыми шишками. Молчун оправился, обернулся и увидел их незамутнённые и счастливые лица. Спортсмен, катая в губах сигарету, рассматривал его весёлыми, цепкими глазами. Маруся, раскрасневшись, виновато улыбалась. Как не хотелось портить им праздник!
– Дай за-зак… – не договорив, он выдернул из губ Спортсмена сигарету и с наслаждением затянулся, чуть ли не до фильтра – просто боялся, что со своей пачкой не справится и всё рассыплет. Успокоился, неприятная дрожь проходила. – Покойничком интересуетесь?
Тень сдвинула Марусины брови:
– Где?
– Там, – он кивнул в сторону лужайки и выбросил окурок, – за кустами.
– Дела, – ухмыльнулся Спортсмен. – И чего он?
– Лежит. Никуда не ушёл. Может, сбегать за Командиром?
– А руки в стороны, как компас? Остров сокровищ – тоже мне. Не вопрос. Сами разберёмся, – Спортсмен сдёрнул автомат и решительно ворвался в кустарник, проламывая оружием дорогу, со спины напоминая Рембо из видеофильма.
