Итак, при распаде Советского Союза мы наблюдаем еще большее разнообразие и расхождение путей. Ослабление государства оказалось недостаточным для того, чтобы вывести Россию из территории деспотизма, но этого хватило, чтобы открыть дверь в коридор для Польши, а для Таджикистана это означало ситуацию, когда государство полностью рухнуло, и разразилась гражданская война с конфликтами между кланами. На схеме 3 показана схема этих различных реакций на один и тот же толчок – распад Советского Союза, выразившийся в ослаблении государства. Стрелка 1 – желательный сценарий, при котором уменьшение силы государства приводит страну в коридор, как это было в случае с Польшей. Стрелка 2 – пример России, когда страна изначально находится настолько дальше от коридора, что даже после ослабления государства Деспотический Левиафан сохраняет свой контроль. Наконец стрелка 3 показывает вариант с изначально довольно слабыми государством и обществом, поэтому те же изменения привели к полному развалу государства и переходу общества к Отсутствующему Левиафану.
Схема 3. Расхождение стран, находившихся ранее под советским влиянием
Многообразие исходов говорит о том, что даже после того, как государство на протяжении нескольких десятилетий утверждало свою власть за счет общества, достаточно сильные потрясения – в данном случае распад Советского Союза – могут полностью изменить последующие траектории государства и общества. На эволюцию Левиафана всегда влияют мириады различных факторов.
Экономические возможности, созданные новыми технологиями, не просто повлияли на дальнейшее развитие европейских наций. Они также определили пути развития колониальных стран, как это видно на примере расходящихся траекторий Коста-Рики и Гватемалы в XIX веке.
Институты соседей по Центральной Америке Коста-Рики и Гватемалы изначально были схожи. Обе страны находились под деспотическим колониальным контролем Испании до 1821 года. Но в течение последующих ста лет они разошлись столь же сильно, как и в других примерах, которые мы обсуждали в этой главе. В Коста-Рике наблюдалось постепенное усиление общества и переход к коридору. К 1882 году в Коста-Рике проходили регулярные мирные выборы, а роль военного и общего подавления начала уменьшаться. Эти перемены не только подразумевали больше безопасности и меньше насилия для костариканцев, но и сформировали иную социально-экономическую среду. Например, в 1900 году грамотой владели 36 процентов взрослого населения, а в 1930 году читать и писать умели уже две трети взрослых.
В Гватемале ситуация выглядела совершенно иначе. Получить представление о ней можно на примере жизни нобелевского лауреата Ригоберты Менчу. Менчу – представительница народа киче, коренного населения Гватемалы, в которой насчитывается «двадцать две группы народностей… или двадцать три, если считать
устроилась на работу служанкой единственных богачей в поселке. Ее мальчики также устроились в том доме – носили дрова с водой и ухаживали за животными. Но когда они подросли, работодатель сказал, что она работает на него недостаточно, чтобы кормить таких больших мальчиков. Ее пришлось отдать своего старшего сына, моего отца, другому человеку, чтобы сын не голодал. К тому времени он мог заниматься тяжелым трудом – например, рубить дрова или работать в поле, но ему ничего не платили, потому что его отдали в услужение. Он жил с
