Узкий коридор полностью

Если упадка власти государства и элит коммунистической партии оказалось недостаточно для того, чтобы вывести Россию из орбиты Деспотического Левиафана, его оказалось вполне достаточно, чтобы изменить траекторию государства с более ненадежным контролем над обществом, как в случае бывшей советской республики Таджикистан, расположенной между Афганистаном и Китаем. После распада Советского Союза Таджикистану пришлось определять свое будущее. Первый секретарь партии Кахар Махкамов изначально поддержал путчистов, ненадолго изолировавших Горбачева в августе 1991 года. После провала путча массовые демонстрации в столице Таджикистана Душанбе вынудили Махкамова подать в отставку. В следующий месяц Таджикистан объявил о своем суверенитете, а вскоре после этого его президентом был избран Рахамон Набиев.

Чтобы понять, что последовало в Таджикистане за этим, необходимо понять, что такое авлод. Согласно определению таджикского социолога Саодот Олимовой, «авлод – патриархальная община кровных родственников с общим предком и общими интересами, и во многих случаях – с общей собственностью и средствами производства и с совместным или скоординированным хозяйственным бюджетом». Похоже на клетку норм, которую мы видели в безгосударственных обществах, за исключением того, что эта система сохранялась при деспотическом правлении сначала России, а затем Советского Союза. Россия завоевала Таджикистан во второй половине XIX века, а затем он входил в состав СССР до 1991 года, но глубинные социальные структуры, кланы, оставались относительно нетронутыми. В ходе национальной переписи 1996 года 68 процентов таджиков сообщили, что они входят в тот или иной авлод. Кланы, или племена, полезно воспринимать как объединения таких авлодов. Политолог Сергей Грецкий описывает, как в 1940-х годах кланы из Худжанда заняли большинство постов в местной советской администрации:

Худжанд (Ходжент), или Ленинабад, – столица Ходжентского района (Согдийской области) на северо-западе страны. Несмотря на деспотический характер власти советского государства, оно контролировало Таджикистан опосредованно, с помощью региональных кланов. Большинство вопросов решалось с помощью клановых связей и союзов вне формальных государственных институтов.

Избранный президентом Набиев происходил из традиционно правящих семейств Худжанда. Он тут же встретил оппозицию со стороны представителей других частей страны, в частности Гарма и Памира, которые начали устраивать демонстрации. В ответ Набиев раздал 2000 автоматов и сформировал особые отряды для подавления оппозиции. Его противникам удалось захватить столицу, а худжанцы отступили и развязали гражданскую войну, которую в конечном итоге выиграли. В ходе войны государство полностью развалилось, и Таджикистан погрузился в пять лет анархии и соперничества между региональными альянсами на базе кланов. Количество потерь точно не установлено и составляет, по разным оценкам, от 10 до 100 тысяч. Более чем одна шестая часть населения стали вынужденными переселенцами, национальный доход упал на 50 процентов.

Различия между Таджикистаном, Польшей и Россией очевидны: Таджикистан, управляемый в советские времена при посредничестве региональных кланов и союзов, начал процесс перехода в условиях ослабленного государства и общества без всяких институционализированных средств политического участия. Все это привело к катастрофе. Как только в 1991 году рухнула деспотическая власть советского правления, у страны не осталось средств разрешения конфликтов между кланами, которые теперь только усилились из-за соперничества за право обладать активами страны и остатками советского государства. Кланы вооружились и сражались между собой, пока государство продолжало разрушаться.