Он ее нашел. И почти был уверен, что это именно Лилия Майкова вышла замуж за Олега Ирве и улетела из страны. Доказать не мог. Ни единого доказательства не удалось ему раздобыть.
И пластического хирурга, которого Кадашов назвал сказочником, он не смог найти. Потому что он погиб почти сразу после трагических событий трехлетней давности. Погиб в автомобильной катастрофе. При весьма странных обстоятельствах.
Про обстоятельства узнал сам Кадашов и швырнул на стол пластиковую папку с копиями документов.
– Вот все, что удалось узнать. Ничего не понятно в этом ДТП со смертельным исходом.
Сергей долго изучал отчеты с места происшествия. Опрос свидетелей, который ничего не дал. Пустышка.
– Кровь у хирурга была вроде чистая на момент аварии. С машиной вроде бы все было в порядке.
– Да что там можно было установить! От тачки ничего не осталось! – возмущенно отозвался Кадашов. – Все концы в воду…
Сейчас он стоял бок о бок с девушкой, за которой сюда прилетел. На самом краю пирса, поверхность которого мерзко повизгивала от ледяной корки, пока они ступали по ней подошвами. Стояли и молчали. Он исподтишка рассматривал ее профиль. Изумительной формы лицо. Все невероятно правильное. Видимо, долго старался над ним скандально прославленный хирург, впоследствии погибший так нелепо и безвременно.
Или своевременно? Или его убрали? Кто? Олег Ирве на тот момент со своей женой уже заселились в дом его родителей. Уже обживал с ней вместе выстуженные неуютным климатом углы.
Вот если предположить, что хирурга убили, устроили нелепое ДТП, стоившее ему жизни, кто мог этого желать? Имело ли это отношение к тайне супругов Ирве? Или это уже другая история, не касающаяся трагедии Кадашова?
– Я вам соврал, Таня, – еле разлепил он губы, которые сделались солеными от морских брызг.
– В чем ваша ложь? – отозвалась она спустя какое-то время.
– Я не ищу сестру. У меня нет сестры.
– Тогда кто та девушка, чью фотографию вы носите в кармане и которую всем показываете? – снова после непродолжительной паузы спросила она.
Искушение сказать ей: «это вы» почти его задушило. Легкие, казалось, сейчас взорвутся от переизбытка воздуха.
Момент откровения, когда все возможно? Нашептанный интуицией момент откровения? Или это все же местный климат играл с ним в злые игры? Путал его мысли, лишал возможности говорить, покрывая губы ледяной карамелью.
– Эту девушку мне необходимо найти, – сказал он, отворачивая взгляд к морю.
– Зачем она вам, если она даже не ваша родственница?
– Мне велели ее найти. Мне заплатили за это деньги. – Он удивился, как легко удалось ему сказать ей правду. – Но я…
Она не приняла подачи, молчала. Он покосился на нее. Лица не было видно. Меховая оторочка капюшона закрывала ее лицо от него.
– Но я не хочу ее находить.
Снова в ответ молчание.
– Потому что я считаю, что она не виновата. Ни в чем не виновата.
Устинов шагнул влево и вперед, обходя ее и заглядывая в лицо. Безучастное, спокойное. Глаза ее были едва прикрыты ресницами, сквозь которые пробивался ленивый взгляд.
– Она не виновата, понимаете. И я…
– Если вы не хотите ее находить, почему не уезжаете с острова? – проговорила она, уставившись на него вопросительно.
Просто вопросительно, и все. Без интереса, испуга.
– Я не знаю. – Устинов попытался поднять плечи, но, кажется, они не шевельнулись, одеревенев от холода. – Глупо, но у меня вдруг появилось желание защитить ее.
– Защитить ее? – Ее красивый нежный рот, покрытый тонким слоем бесцветной увлажняющей помады, расплылся в странной улыбке. – От кого?
Он снова глянул на море. В самую дальнюю его точку. Оттуда обычно прибывал паром с материка. Везли товары повседневного спроса, продукты, заказанные местными продавцами. Лекарства везли, которыми ее муж лечил своих пациентов. И некоторые из которых любил употреблять сам. Устинову хватило одного взгляда на доктора, чтобы понять: тот сидит на какой-то дряни. Интересно, она знает об этом, догадывается? Или ей все равно? Они живут здесь каждый сам по себе по заключенному в России соглашению и…
– Видите точку там, далеко? – Устинов ткнул замороженным в крючок пальцем в сторону моря. – Она становится все больше и больше. Как думаете, что это?
– Это паром, – фыркнула она почти весело.
– Это паром, – согласно кивнул он. – Он везет сюда продукты, товары первой и второй необходимости, лекарства. А еще он может привезти сюда опасность.
– Опасность? – нехотя отозвалась она вопросом.
– Да. Он может привезти сюда опасность для девушки, которую мне расхотелось искать.
– Опасность, – эхом отозвалась она, уставившись на крохотную точку, медленно увеличивающуюся в размерах. – Почему вы так думаете?
– Потому, Таня, что если я смогу найти эту девушку, ее смогут найти и другие…
Только отшельнику или больному на всю голову человеку могла прийти мысль остаться жить на этом острове.
