Я смотрела на фотографию. Я ошиблась. Сумка цвета сибирского заката висела через плечо Человека-Соловья. Я так и не узнаю, кому он писал эсэмэски. Я так и не узнаю, кто подарил ему сумку. Я так и не узнаю, о чём он мечтал в детстве.
- Что, твой дружок? - Ирина ухмыльнулась.
На ватных ногах я добралась до стола и рухнула в кресло.
- Кира? Где твой пиджак? - прохрипел Сайто.
Я положила блестящий серебристый значок и пластиковую карточку-пропуск рядом с клавиатурой.
- Что ты делаешь? - орал Сайто, наблюдая, как я достаю из шкафчика сумку и вываливаю визитки на стол. - Что ты себе позволяешь? Это неслыханно! Немыслимо! Что ты делаешь?
- Я никогда не стану салариманом.
- Что значит, не станешь? Если приложить достаточно усилий, можно из кого угодно сделать настоящего саларима-на. Я сделаю из тебя саларимана. Если я сказал, что сделаю, значит, сделаю. Пусть на это и уйдут годы, долгие годы.
- Я не собираюсь становиться настоящим салариманом, Сайто-сан. - Я положила коробку с воробьями в сумку. -Спасибо за труды. Позвольте откланяться.
Я бросила последний взгляд на трёхглавый «Парк Хаятт», прорезающий мглу за окном. Там Шарлотта пыталась найти себя, а Боб - обрести себя снова117 . Я нашла себя. Я обрела себя снова. Птичья башня убила Человека-Соловья, но меня она сделала сильнее.
Ветер вырывал зонт из рук, туфли хлюпали, загребая воду. Остановившись на перекрёстке, я стянула капроновые гольфы и положила их в карман пиджака. Чёрная роба была слишком тяжёлой - такой тяжёлой, будто она впитала в себя все мои слёзы. Я бросила пиджак на асфальт рядом со скульптурой Роя Лихтенштейна «Токийские кисти». Пришло время добавить в жизнь красок. Пришло время отпустить бумажных воробьёв. Я положила коробку под скульптуру, укрыла её зонтиком и открыла крышку:
- Летите, мои хорошие. Летите. Летите по зову сердца и никогда не попадайте в сети.
В бескрайней луже отражались огни раскачивающихся на ветру вывесок. В луже отражалась я. Дождь смывал с меня налёт салариманщины.
Я смотрела в лужу и напевала:
«Nothing’s gonna hurt you baby As long as you ’re with me You’ll be just fine».118
