-Ты молодец, все мы обязаны тебе своими жизнями. Сейчас же надо подумать немного и о себе. Твои раны, ожоги и царапины просто в ужасном виде, - посочувствовал Рам усталому магу. Со лба Элиффина сплошными потоками низвергался пот, весь он был жутко красным. Его собственные неисцеленные ожоги, полученные в бурлящей пучине колдовского озера, давали о себе знать усиливавшимся жаром.
-Все в порядке, пройдут они, а вот достать немного свежего провианта не помешало бы. Кстати, как у вас с ним? - поинтересовался Элиффин, стараясь не терять оптимизма, несмотря на все новые и новые неприятности, валившиеся на его и без того утружденную голову.
-Вот чего нет того нет, маг, мы пытались поймать рыбу в реке, но бесполезно, - вмешался в разговор молодой мечник, должно быть, самый голодный и любопытный, - мое имя Дорф, все мы, воины сожженного Бартфорта восхищены твоей силой, а еще больше храбростью, - продолжил он, протягивая руку Элиффину.
Маг крепко пожал ее, но к самому воину отнесся с осторожностью. Слишком лестными были его похвалы, а, как говорят, те, кто устами хвалят, в сердце клянут. Впрочем, повода для недоверия не было: воин действительно был потрясен всеми последними событиями. Бой с кардрарками на берегу Медлана, огромная речная волна, сияние исцеляющих тяжкие раны самоцветов, полеты над водой и перемещение в мгновение ока не укладывались в голове простого деревенского парня.
С припасами у беженцев действительно было очень плохо. Почти всю снедь, что удалось вынести из подожженного Бартфорта, доели прошлой ночью после тяжелой работы.
Немного выспавшись и придя в себя от усталости, Элиффин с удовольствием обнаружил, что подаренные ему взамен обгоревшей одежды доспехи пришлись как раз в пору. Почувствовав прилив сил, он принялся медленно расшагивать взад-вперед. Наконец, подойдя к краю плота, он вгляделся в зеркальную гладь реки. Ледяной Медлан встретил его кристально чистой зеркальной водной гладью. На самом дне быстро промелькивали густые рыбные косяки. Маг простер жезл и огромный водяной шар вырвался из речной пучины, ухватив несколько сотен крупных и мелких рыбешек. Ловким движением волшебного шеста он разделил воду и рыбу так, чтобы первая вернулась в реку, а последняя попала к изголодавшимся бартфорцам.
Тотчас же самые предприимчивые из беженцев развели небольшие костры, соблюдая большую предосторожность, дабы не поджечь сами бревна, которые и без того были едва привязаны друг к другу.
На плоту, где плыл окруженный всеобщим вниманием Элиффин хозяйничал молодой и энергичный Дорф. Долгое время он безуспешно пытался сыскать все необходимые ингредиенты для приготовления изысканного рыбного блюда по матушкиному рецепту. Наконец, отчаявшись в своих поисках, мечник зажарил толстого леща на аккуратном костре, разведенном со всеми предосторожностями.
Довольные и сытые воины с набитыми полусырой рыбой животами удобно разместились на плоту. Многие из них, так же, как и Дорф, проявляли большой интерес к магу. Тем временем и сам Элиффин, окончательно отдохнув, решил немного развлечься, сыграв с Рамом партию в шахматы, которые каким-то чудом уцелели в поклаже одного из воинов.
-Это вообще-то не мои, но мэру они все равно больше не понадобились бы, так что прошу, - оправдался немного смущенный вопросом о происхождении золотых шахматных фигурок копейщик Норл.
Для Рама - это была самая любимая игра, Элиффин же едва помнил правила. Тем не менее, не миновало и трех десятков ходов, как молодой лучник получил мат. Рам тут же потребовал жесткого реванша и на сей раз удача не подвела его: лишившийся по собственной глупости королевы, маг быстро растерял оставшиеся фигуры.
Обменявшись щелчками по лбу, друзья передали шахматы другим воинам в то время, как сами продолжили беспечный разговор.
-Так значит, ты никогда не был в Альбигунде? - спросил Рам.
-Я и в Бартфорте-то не был. Когда ты круглый сирота приходится радоваться тому месту, где сейчас находишься, о путешествиях разве, что мечтаешь.
-Сожалею, я не хотел, - искренне извинился Рам, но Элиффин беспечно махнул рукой, предложив не поминать грустное. Рам же ему поведал собственную историю.