-Вроде да, но где все? Тадрин! Адорт! - попытался закричать Элиффин, но осёкся. Сильнейшая боль брала над ним верх. Левой рукой он попытался себя обследовать. Едва коснувшись рукава, он почувствовал неприятную, липкую мокроту ткани: его рваный сюртук пропитался насквозь кровью. Элиффин дотронулся повыше плеча, но тотчас же обжёгся от боли: острый дротик, ловко пущенный одним из прислужников Ладрозара, успел поразить молодого мага, прежде чем тот переместился. Оставив за собой глубокую рану, коварный наконечник, словно по волшебству, бесследно исчез.
Элиффин невольно отдернул в сторону левую руку и слабо застонал, стиснув зубы.
-Твоя рука... она вся в крови, ты сильно ранен, - ужаснулась Нирана, бросившаяся его осматривать: весь правый рукав от самого локтя был залит свежим красным пятном, но самым страшным было место повыше ключицы. Оттуда, пульсируя, тоненькими ручейками продолжала стекать кровь.
-Да, есть немного, - ответил Элиффин, тяжело вздохнув, - полагаю, кто-то из кардрарков пустил мне вслед кинжал или дротик.
-Ты спас меня...а сам бедный... сильно болит? - жалобно спросила она, судорожно оглядываясь по сторонам в стремлении найти средство, способное помочь раненому.
-Все в порядке, уже проходит, - слабо выдавил Элиффин, не смея жаловаться на свою участь. Возможно, он и поддался бы панике, но не сейчас и только не перед ней.
-Прошу, полежи, пока что, здесь. Боюсь, Адорт и Тадрин далеко от нас, но я все же поищу в том мешке что-нибудь подходящее...
Энергичный Тадрин успел поднять на смотровую площадку башни прихваченный из кладовой мешок с припасами, который каким-то чудом перенесся вместе с Элиффином и Нираной под кроны деревьев Оранжевого леса. К своему разочарованию, она не смогла найти в нем ничего того, что смогло бы помочь истекавшему кровью раненому. В пансионате проходившим многолетнее обучение воспитанницам объясняли, как правильно оказывать помощь. Прилежная Нирана прекрасно помнила, что при сильном кровотечении следует перевязать место выше раны жгутом и приложить что-нибудь холодное. Только сейчас, когда пульсирующая рана была прямо перед ее взволнованными глазами, в которых трепетали застывшие слезинки, она никак не могла сообразить, каким образом можно наложить уже оторванный от нового платья лоскут так, чтобы остановить кровотечение.
Элиффин чувствовал, как истекает кровью. Все детство и юность он боялся смерти, но сейчас, опасаясь еще больше перепугать и без того растерянную Нирану, предпочел смиренно лежать, покорно дожидаясь своей участи. Правая рука окончательно затерпла, слабость от волшебного перемещения не проходила, а, лишь наоборот, крепчала, сомкнувшиеся над его головой кроны деревьев стала застилать полупрозрачная пелена. В желтой траве, намокшей от теплой крови, лежать было очень неудобно, впрочем, сил передвинуться у него уже не было. Глаза слипались от сильной усталости, призывавшей его позабыть обо всем и крепко заснуть.
Этому желанию он противился из-за всех сил, не желая оставлять ее одну в неизвестной глуши этих густых лесных дебрей. Его слух протрезвил голос Нираны, под ногами которой с новой силой зашелестела сухая трава:
-Прошу Вас, сделайте что-нибудь, помогите ему, я буду вам обязана, - лепетала она.
Ей вторил слегка ворчливый, но в то же время довольно ласковый голос:
-Ну, посмотрим милочка, не знаю смогу ли, много крови он потерял? Далеко ль идти?
-Недалеко, вот он, спасите его, иначе я не смогу жить, я...я его люблю, - молила Нирана сквозь слезы.
Элиффин лежал недвижно. Он уже почти смирился со своей грустной участью, но нахлынувшее откровение с новой силой взволновало его сознание. Да, он тоже ее любил и не хотел умирать. Но рана не спрашивала у него разрешения, и последние силы уже оставляли юного мага.
-Элиффин! Элиффин! - подбежала Нирана, - открой глаза, поговори со мной немного, сейчас тебе помогут.
-Милочка, он потерял очень много крови, посмотри... навряд ли, я смогу помочь, но не могу не попытаться...попробую получше осмотреть рану.
Элиффин почувствовал, как кто-то осторожно прощупывает его плеч. Оно уже онемело, боли он почти не чувствовал, лишь ледяные прикосновения подоспевшей невесть откуда старушки.
-Его поразил дротик, кость цела, но он теряет кровь, потому что задело и шею. Подай мою корзинку, я попробую сделать, что смогу, а ты тормоши его, не давай спать.
Зашуршала трава, должно быть, Нирана побежала за оставленной корзинкой. Через мгновение что-то влажное коснулось его плеча и шеи. Старушка занялась раной, она же, опасаясь доставить ему новую боль, принялась несильно тормошить его левую руку, точно пытаясь разбудить.
-Открой глаза, очнись, Элиффин, не спи, - наивно и жалобно все просила Нирана.
Его грудь тяжело вздымалась, лицо отдавало синевой, жизнь покидала юношу. Почувствовав, как тормошат, не отпуская, его левую руку, Элиффин попытался приоткрыть глаза, желая посмотреть на нее в последний раз. Ценой неимоверных усилий ему это удалось.
