— Что же касается вашего вопроса, милая кузина, — как ни в чем не бывало продолжил я, при этом полностью игнорируя Франсуа. — То я не считаю, что его величество подыграл своему старшему сыну.
— То есть, как это? — искренне удивилась Ивелин. — Теперь Филиппа будут поддерживать дворяне и юга и востока.
— На первый взгляд, все так и выглядит, — кивнул я. — Но, если вы пройдетесь вдоль прилавков столичных лавочников и прислушаетесь к тому, о чем говорят там люди, вы узнаете, что герцог де Бофремон уже давно и страстно желает выдать замуж за принца Филиппа племянницу герцога Меранского, младшего брата короля Астландии.
На самом деле, я лукавил. Разговоры о желании де Бофремона связать своего племянника с герцогами Мерана рядом с прилавками торгашей вряд ли можно услышать. В этом вопросе моим невольным информатором был барон фон Гольц, который в свое время воевал под знаменами Меранов и рассказывал мне много всякого интересного о своей стране и дворе короля Астландии.
— Так ведь это же… — начала было Ивелин, но ее остановил граф.
— Полагаю, что на этом прения завершены, как и этот чудесный обед, — произнес Генрих, поднимаясь из-за стола.
Все молча последовали его примеру.
И уже обращаясь ко мне, граф произнес:
— Макс, пройдем в мой кабинет. Нам с тобой еще нужно кое-что обсудить. Ваша светлость, не составите ли нам компанию?
Герцогиня дю Белле кивнула и поплыла под руку с графом на выход из зала, а я, попрощавшись со всеми, последовал за ними. Уже на пороге я быстро обернулся. Ивелин уже настойчиво тащила Валери за локоть в сторону противоположной двери. Как я и предполагал, мелкая шпионка сейчас будет делиться подслушанными сведениями.
Прежде чем лакей закрыл за мной дверь, мою спину обжег ненавидящий взгляд. Похоже, в лице графини де Грамон я заимел еще одного врага.
— Итак, — опускаясь в свое кресло в кабинете, в котором мы уже были, и, хлопая ладонями по подлокотникам, обратился ко мне граф. — Касательно твоего долга перед семьей…
— Анри, ты все-таки решил женить его на виконтессе де Марбо? — решила прервать его герцогиня. Она удобно расположилась на мягком диване, обтянутом темно-синим бархатом. Складки ее широкого платья напоминали сейчас змеиные кольца.
Мне, кстати, присесть не было предложено. Я стоял сейчас перед старейшинами клана де Грамонов, словно перед экзаменационной комиссией. Или перед судом…
— Это один из вариантов, — ответил граф.
— Даже так? — с интересом и насмешкой во взгляде осмотрела меня с ног до головы герцогиня. — У покойного Фердинанда были еще какие-то судебные тяжбы с соседями, о которых я не знаю?
— Насколько мне известно, нет, — мрачно ответил Генрих. — Но от нашего покойного братца все еще можно ожидать чего угодно.
Дядюшка даже не подозревает, насколько он прав. Например, история с векселями под залог целого баронства. Папаша Макса был увлекающейся натурой.
— Речь идет о неких Гилбертах, — сказал граф.
— Торговый дом «Гилберт»? — переспросила герцогиня. — Это тот, что поставляет вино почти во все высокие дома Эрувиля?
— Да, — ответил Генрих. — Макс, что ты там говорил мне об этом торгаше?
— Мне стало известно, что Томас Гилберт пытался через отца моей матери договориться о моем браке с его дочерью, — ответил я и подметил краем глаза кресло у стены.
— Откуда тебе это известно? — спросил граф.
— Мне сказала об этом дочь Томаса Гилберта, Бетти.
— А ты шустрый малый, — усмехнулась герцогиня. — Прямо как твой отец.
— Это не то, о чем вы могли подумать, тетушка, — произнес я.
Лицо герцогини скривила снисходительная улыбка.
— Любопытно. Мне нужны подробности.
— На самом деле, Бетти не в восторге от этой идеи, — произнес я и без приглашения под слегка удивленные взгляды графа и его сестры, опустился в пустовавшее у стены кресло. — Настолько не в восторге, что приняла самое деятельное участие в заговоре против меня, помогая некой Вивьен Леруа и ее любовнику. Эти двое, получив оплату от третьей стороны, которую я назвать вам не могу, планировали убить меня.
Я замолчал. Дядюшка и тетушка тоже молчали. Во взгляде герцогини не было даже тени насмешки. Казалось, будто только что она увидела меня впервые. А Генрих явно наслаждался реакцией сестры.
— В чем же состоял их план? — наконец, спросила хриплым голосом герцогиня.
— Спровоцировать меня на дуэль с любовником Вивьен Леруа, неким Винсентом де Ламаром.
— Это тот самый скандальный бретер, которому покровительствовал принц Генрих? — повернула голову в сторону графа герцогиня.
— Да, — подтвердил он. — Один из лучших мечников Вестонии. Его спешно отослали из столицы после того, как он убил на дуэли одного из телохранителей посла аталийцев.
— Принц Генрих питает слабость к этим выскочкам и скандалистам, — добавил граф. — И старается окружать себя лучшими бойцами. Чего только стоит этот бретер Андре де Шатильон.
