Окончательно почерневшее затянутое тучами небо поплыло перед глазами, и он зажмурился, стараясь унять головокружение. К горлу подкатила тошнота, а по лицу потекло что-то влажное и теплое. Он стер кровь с разбитого лба, медленно сел, но тут же рванулся в сторону, ногой оттолкнув в траву волшебную палочку, к которой тянулся Рабастан. Лестрейндж метнулся за палочкой, Регулус вцепился в его мантию, и тот с разворота врезал ему кулаком в скулу. От неожиданности и боли Регулус выпустил его мантию из пальцев. В голове загудело, разбитую скулу свело. «Палочка!» – промелькнуло в мыслях, и он бросился вдогонку. Рабастан шарил руками в траве. Регулус оттолкнул его прочь, тот упал в кустарник, а сам он таки схватил палочку… нет, просто ветка! Отбросив ее в сторону, он принялся шарить руками в траве. В небе полыхнуло и, словно по команде, хлынул ливень. Регулус прищурился, отбрасывая мгновенно вымокшие волосы со лба.
В следующий миг Рабастан схватил его за куртку на спине и оттолкнул в сторону. Регулус упал в грязь и лягнул его ногой в голень. Лестрейндж плюхнулся на колени, а сам он, скользя в грязи, вскочил и опять принялся рыскать в траве. Всего лишь Инкарцеро, он применит всего лишь Инкарцеро. Только бы найти хренову палочку!
На мгновение выпрямившись, он получил новый удар кулаком в лицо. Еще не придя в себя, он почувствовал сильный удар под дых и согнулся пополам. Рабастан вцепился ему в куртку и шею с явным намерением врезать коленом в зубы, но Регулус, бешено рванувшись, высвободился и подставил ему подножку, повалив с ног. Он не хотел драться с Лестрейнджем, он хотел связать его, оглушить и спокойно убраться отсюда. Однако Рабастан не успокаивался. С яростным воплем он налетел на него, сбив с ног, но на этот раз и не думал возвращаться к поискам. Схватив Регулуса за грудки, он с силой врезал ему кулаком в лицо. Перед глазами заплясали звездочки, голова словно раскололась. Рабастан крепко прижимал его к земле, так, что вырваться не представлялось возможным. Занеся руку, он еще раз съездил Регулусу по лицу, разбив губу. «Сукин сын». Регулуса захлестнула слепая ярость. Перехватив кулак Лестрейнджа, он приподнялся и со всей силы ударил его лбом в челюсть. Кровь, перемешавшись с дождем, полилась ему на лицо. Рабастан взвыл от боли, Регулус сбросил его с себя и, в свою очередь, с силой ударил кулаком, потеряв контроль над собой. Удар, удар, еще удар, опомниться его заставила вспышка молнии, озарившая окровавленное лицо Лестрейнджа, лежащего без сознания.
Регулус отшатнулся, тяжело дыша. Костяшки пальцев были разбиты в кровь, а внутри растекалось хорошо знакомое еще с прошлой войны чувство омерзения к себе, отвратительной грязи, покрывающей тебя с головы до ног. «После боя узнаешь себя с такой стороны, с какой и сам себя не должен знать», – несвоевременно зазвучал в голове голос Поллукса Блэка. Так он сказал, вспомнив по просьбе мальчишек войну с Гриндевальдом, еще миг назад казавшуюся малолетним Сириусу и Регулусу верхом доблести и героизма.
Он, пошатываясь, поднялся на ноги и побрел по траве в поисках волшебной палочки. Все снова возвращается, независимо от того, на чьей ты стороне. Его вновь охватила апатия и острое желание покончить с этим раз и навсегда, как тогда, в пещере. И тогда…
– Что, Блэк, стал сентиментальным?
Он выдохнул, медленно повернулся. Рабастан пришел в себя и теперь лежал, следя за ним из-под прикрытых век. Дождь смывал кровь с его бледного лица, выражение было невозможно разобрать в сгустившийся тьме.
– Добил бы уже, не впервой ведь, – Лестрейндж слабо засмеялся.
Регулус отвернулся, продолжив поиск волшебной палочки.
– Ты, наверно, сейчас подумал: как я могу его пришибить, ведь он мой друг? – продолжил Рабастан хрипло. – Как пытаться подгадить Темному Лорду, так ты про друзей не думал, – он сплюнул кровь и попытался сесть, но это у него не получилось. – Не думал, гад, что я попаду в Азкабан, если он исчезнет.
Регулус крепко стиснул зубы. «Ищи себе других виноватых».
– Да ты всегда думал только о себе. И о Блэках, – презрительно процедил Рабастан. – Благороднейшие и древнейшие, – с ненавистью выплюнул он. – Твари, один хуже другого. Еще и свою суку Беллу нам подсунули. Нянчились бы с ней сами. Она вашей породы, не сомневайся. Вы, Блэки, сами хотите править миром, просто она решила, что сможет это сделать через Темного Лорда, а вы с братцем дальше пошли. Как вы будете себя называть? «Светлые» лорды? Или просто «спасители человечества»?
– Это неправда, – процедил Регулус.
– Ты еще скажи, что за идеалы старого хлыща борешься, – Рабастан опять коротко засмеялся.
Регулус, наконец, нашарил волшебную палочку – свою собственную.
– Если один раз уже выбрал дорогу, то имей смелость пройти по ней до конца, а не сворачивай на половине пути под оправданием «ошибка юности», – произнес Лестрейндж с презрением. – А ты – предатель, Регулус, – пропел он. – Вероломный, двуличный подонок. И трус: ведь легче воевать с теми, кого наше лживое общество публично осудило, чем с агнцами Божьими, не способными сотворить простой Люмос.
