– Ты говоришь серьезно? Ты хочешь отправиться в эти места?
– Конечно. А ты нет?
– Вот что я вам скажу, доктор… – Клэр отметила, как он назвал ее. – Я счастлив быть там, где я есть, – в Сьерре. Каждый день я встаю и вижу, как всходит солнце. Я дышу чистым воздухом. У меня есть все, что я желаю, и даже больше. Я могу прожить всю оставшуюся жизнь дома и быть счастлив. Если, конечно, у меня будет хорошая спутница.
Дуган вопросительно смотрел на нее. Клэр знала, что он ждет хотя бы намека на то, что его «хорошей спутницей» может стать она. Но как раз в этом Клэр и не была уверена.
Все складывалось совсем не так, как планировал Дуган. Хорошее утро, с которого они начали день, счастливого продолжения не получило.
Он надеялся, что на обратном пути они уютно устроятся на заднем сиденье автомобиля с открытыми окнами, будут весело болтать и, возможно, целоваться.
Стекла в машине были действительно опущены. Но они сидели каждый у своего окна и молча смотрели на мелькавшие мимо экзотические пейзажи. Их молчание было таким же тяжелым и густым, как жаркий и влажный воздух тропиков, которым они дышали.
У Дугана едва не вырвался вздох облегчения, когда такси въехало во двор отеля и он отдал водителю пачку песо.
В номере они приняли душ – каждый на своем этаже, к неудовольствию Дугана, – и отправились обедать в ресторан на пляже. Потом взяли небольшую парусную лодку для прогулки по морю.
Они носились по бирюзовым водам Карибского моря подобно птицам, рассекавшим воздух взмахами крыльев. Иногда лодка резко наклонялась, и парус ложился так близко к воде, что, казалось, еще мгновение – и они перевернутся. Бешеное, захватывающее дух скольжение продолжалось. Но оно не могло отвлечь Дугана от мыслей о Клэр, точнее – о ее новых привычках тратить деньги и о пристрастии к путешествиям.
Родители Клэр умерли, когда им было чуть больше сорока. Все свои небольшие доходы они тратили на скромный дом и единственную, горячо любимую дочь. У них были мечты, которым не суждено было осуществиться. Понятно, что Клэр не желает еще и поэтому отказывать себе в удовольствиях. Но Дуган надеялся, что она понимает: есть много вещей, которые не купишь ни за какие сокровища. Любовь, например. Правда, сегодня вечером он как раз собирался истратить кучу денег, лишь бы все обернулось так, как он хотел и планировал, лишь бы Клэр была довольна.
Они ужинали в уютном итальянском ресторанчике, который порекомендовал портье из отеля. Обслуживание там было отменным: официанты угадывали каждое их желание и ставили на стол одно за другим блюда, заказанные Дуганом. Большинство этих деликатесов он раньше никогда не пробовал.
Потом они отправились на знаменитую в Канкуне дискотеку. Красивый большой зал освещали движущиеся лучи прожекторов. Лицо у Клэр раскраснелось, а глаза блестели, как у восторженного ребенка. И это очень нравилось Дугану. Отчуждение прошло, и он радостно увлек ее на площадку для танцев. Окруженные толпой отдыхающих, они с удовольствием двигались в захватывающем ритме ту-степа.
Когда такси, на котором они возвращались, подъехало к парадному отеля, Дуган предложил:
– Не хочешь прогуляться по пляжу?
– Я не против, – ответила Клэр. – Она посмотрела на часы и печально вздохнула: – Не могу поверить, что остался всего час, и мне надо возвращаться к своим обязанностям.
«За один волшебный час, – подумал Дуган, – может произойти чудо».
Они пересекли пустынный вестибюль, прошли по кромке бассейна мимо закрытых бара и киоска с пляжными принадлежностями. Песок зашуршал под ногами, когда они сошли по ступенькам на пляж и вдохнули соленый морской воздух. Не говоря ни слова, они взялись за руки и застыли, пораженные красотой ночного моря.
Волны загадочно переливались под лунным светом и набегали на берег с тихим шумом. Море словно посмеивалось и играло с берегом. Оно выбрасывало мелкие ракушки и камешки и тут же с водой уносило их обратно.
«Океан, как судьба, – подумала Клэр, – дарит что-то, а потом отнимает». Песок забирался в ее босоножки и, наверное, немилосердно их портил. Но Клэр не обращала внимания. Ей хотелось запомнить запахи, краски, звуки, удивительное ощущение ласки легкого бриза – и все ее чувства еще обострялись из-за присутствия Дугана.
Клэр оперлась на руку Дугана и сняла босоножки. Надев на палец, она забросила их за спину. Рука Дугана была теплой, и жесткие мозоли за четыре дня безделья, казалось, немного смягчились. Когда они вернутся домой, он снова будет работать на ферме, а она заниматься своими больными.
– Я буду скучать без тебя, когда мы приедем домой, – сказал Дуган.
– Забавно. Я подумала о том же самом.
– После такого сказочного места тебе не скучно будет снова вернуться в Сьерру?
Клэр тихо засмеялась, и ее голос слился с шумом моря.
– Я каждый день звоню домой, чтобы справиться о своих пациентах. Особенно меня волнует Памела Сью.
– Ей скоро рожать?
– Через пять недель, если она правильно вспомнила все даты.
– Но все проходит более-менее нормально?
– Более-менее.
– Вот и хорошо. А что она будет делать, когда ребенок родится?
– Заботиться о нем, я думаю.
