Люк не ответил. Похоже, для отца это стало последней каплей, потому что он отбросил статую в сторону. С режущим уши звоном она разбилась об пол. Испугавшись, Люк бросился к двери, но его крепко схватили за плечо и прижали к стене. На одно ужасное мгновение он подумал, что отец действительно его ударит. Но вместо этого он почувствовал, что в его разум проникли. Это заставило его вспомнить… вернуться во дворец. Он шел со Львом, неся в руках завернутую в кофту статую… они проходили мимо стражников… он выходил из ванной… он заворачивал статую в кофту… он видел ее в первый раз…
— Прекрати! — Люк пытался думать о чем-то другом… о чем-то еще. Перед его мысленным взором появился стоящий на фоне заходящих татуинских солнц старик из его сна. Он старательно сосредоточился на этих солнцах.
Произошла короткая борьба, после чего отец отпусти его.
— Сенатор говорил мне, что ты склонен к воровству, — произнес он, — я думал, он лжет. Как я ошибался.
— Это несправедливо! — закричал Люк. — Несправедливо, что где-то хрустальные вазы украшают ванны, а где-то люди пытаются найти кров и еду!
— Полагаю, ты набрался этих извращенных мыслей на Татуине, — продолжил Вейдер, — твои дядя и тетя научили тебя воровать?
Люк был так зол, что о каком-либо информативном ответе не могло идти и речи. Он мысленно пробежался по словам, которыми мог бы назвать Вейдера, но ни одно из них не описывало его в полной мере.
— Я ненавижу тебя! — крикнул он. — Ты убийца, и я не хочу быть твоим сыном! Твое присутствие меня убивает!
— А что, по-твоему, чувствую я? С тобой связаны одни неприятности! Ты почти уничтожил мою жизнь с тех пор, как я узнал о тебе — я никогда не хотел быть твоим отцом.
— Ты равнодушен ко всему, — чувствуя выступившие на глазах горячие злые слезы, сказал Люк. — Тебя волнует только твоя дурацкая Империя и религия ситхов! Ты принял меня только из-за моей чувствительности к Силе… да, я знаю об этом! Я могу упасть замертво, а ты этого даже не заметишь! Ты мне даже о моей собственной матери ничего не рассказываешь! Тебе и до неё дела не было!
— Если ты скажешь еще хотя бы одно слово о ней, клянусь, я заставлю тебя жалеть об этом всю оставшуюся жизнь! — шагнув к нему, произнес Вейдер.
Люк бросился к двери, понимая, что еще немного, и его ударят. Вейдер не остановил его. Это единственное, за что Люк был ему благодарен.
***
Прошло достаточно много времени, прежде чем Вейдер пришел в себя. Он плавно развернулся и направился к отделению, где хранились дуэльные дроиды. Осколки разбитой статуи хрустели под его ботинками, но он не обращал на это внимания.
Один дроид уничтожен, второй… пятый. По прошествии часа все дроиды до единого были превращены в не подлежащий ремонту металлолом, даже незавершенные прототипы, над улучшением которых он работал. Ему ничего не оставалось, как измельчить металлолом повторно.
Это не помогало. У него была одна глубокая незаживающая рана. И это была не травма, от которой можно было избавиться с помощью протезов или костюма жизнеобеспечения.
Его собственный сын ненавидел его. Он сам сказал, что его присутствие убивает его. Император был прав…
Как отец он провалился. Вся эта идея стать отцом изначально была одной большой ошибкой. Учитель пытался предупредить его… но его гордость и эго заглушили голос разума. Пришло время что-то делать. Возможно, он сможет связаться с родственниками Падме на Набу. Если её родители все еще живы, они, без сомнения, с радостью возьмут своего внука под опеку.
Тогда решено. Он сделает несколько предварительных запросов этим вечером. Оставалось надеяться, что через несколько дней он увидит, как Люк собирает свои вещи и улетает на Набу.
Комментарий к Глава 13. Часть 1. Опустошенный
Я жду ваших комментариев)
Р.s.
С началом учебного года, друзья! Если, конечно, с этим стоит поздравлять… : )
========== Глава 13. Часть 2. Опустошенный ==========
Люк бежал, не останавливаясь, до остановки ховеробуса, а, добравшись до неё, понял, что у него нет кредитов. Дул сильный ветер, а на нем была лишь тонкая рубашка… кофта осталась лежать на полу в дуэльном зале. Он уже начинал подумывать о том, чтобы вновь прокатиться зайцем на внешней стороне автобуса, когда незнакомая пожилая старушка заметила, что он лихорадочно роется в карманах.
— Ты потерял билет на ховеробус? — тепло улыбнувшись, спросила она. — У меня есть немного мелочи.
Она протянула ему кредиты, и Люк с благодарностью взял их.
— Спасибо, — вытирая рукой нос, сказал он.
— Все хорошо, сынок? Ты выглядишь грустным.
— Со мной все будет хорошо, — пробормотал Люк.
Если, конечно, драгоценные камни у него в рюкзаке хоть чего-то стоили. Если же нет… даже думать об этом не хотелось. Он должен убраться отсюда как можно скорее. Он не сомневался, что Вейдер без проблем найдет его здесь, если действительно захочет.
Был час пик, поэтому свободных мест в ховеробусе не было. Люк отошел в дальний угол и закрыл лицо руками. Как бы он не пытался, он не мог выбросить из головы их ссору.
Я никогда не хотел быть твоим отцом.
