Победе Германии и ее союзников больше нельзя помешать. Агония Антанты еще может вызвать страшные жертвы с обеих сторон, но продолжение войны изменит ее исход лишь в пользу Германии. Хорошо это или плохо, как к этому относиться – это другой вопрос, но предмет мечтаний поглощен свершившимся фактом. Если уж не удалось прорвать немецкий Западный фронт при наличии в рядах войск союзников огромной массы русских на протяжении всей восточной границы и итальянской армии, стоящей на вершинах Альп, то сейчас о прорыве фронта не может быть и речи. Даже американцы уже не смогли бы помочь. Американская помощь была самой мощной, когда Соединенные Штаты снабдили Англию и Россию оружием и боеприпасами. Американская промышленность опаснее американских войск. Американская армия не может заместить русский фронт. Мощный приток американских войск будет для сил Антанты лишь балластом, потому что уже сейчас им нечем кормить население. Лучше бы американцы вместо солдат и снарядов прислали хлеб и сало. Но и это не поможет. Можно все что угодно думать о немецком подводном флоте, но не подлежит сомнению, что англичанам не удалось ни защититься от него, ни даже компенсировать его влияние и он упорно продолжает разрушать океанские связи Англии. Снабжение же Германии продовольствием должно, наоборот, налаживаться. Хлеб и другие продукты питания Германия будет получать из Украины и Румынии, из Болгарии, с распаханных полей Македонии. Возможно, Австро-Венгрия расширит свои посевные площади. При таких обстоятельствах можно с уверенностью утверждать, что, если власти Антанты не заключат мир добровольно, Германия будет диктовать им условия этого мира. Вопрос только в том, английская или итальянская армия будет уничтожена первой.
Таково положение дел, которое армия Троцкого, разумеется, изменить не сможет. Это видно как на ладони. Чтобы усвоить остальное, требуются понимание исторического процесса и точка зрения социал-революционера. Я попытаюсь кое-что прояснить из предстоящих событий, заранее радуясь тому, что, возможно, предоставлю тем самым новую пищу иссякающему роднику красноречия Троцкого, чьи способности как агитатора я всегда высоко ценил, равно как и всегда с симпатией относился к игре его мыслей, способности придать литературный спектр идее и разложить белый свет на составляющие.
Германия немыслимым боевым напряжением, вычерпав до корней силы нации, победила весь мир, мобилизованный против империи. Могут ли после этого европейские государства поставить себе цель обогнать Германию в военном плане, если она уже обогнала весь мир? Можно ли продолжать вооружение на той чудовищной основе, которая была создана в процессе нынешней войны? Я утверждаю, что вооружение нельзя продолжать даже на той основе, что была перед войной, поскольку война истощила силы народов. Если же обстоятельства таковы, то целью Европы не может быть вооружение против Германии, целью может быть объединение с ней! Мне могут возразить, что при таком объединении Германия получит военное превосходство. Да, разумеется, а почему бы и нет? Я знаю, что подобная постановка вопроса задевает измученный болью нерв и вызовет бурю протестов и обвинений против немецкого империализма и т.д. Но я же пишу не для того, чтобы потрафить вкусам той или иной публики, не для того, чтобы потворствовать страстям, не для того, чтобы идти на уступки невежеству.
В начале войны я из соображений уже известных читателю выступал за победу Центральных держав и требовал их поддержки у социалистических партий всего мира. Я отверг патриотическую точку зрения, логически ведущую к тому, что любая нация в борьбе за самоопределение имеет право уничтожить все другие нации. Моя позиция по отношению к войне опиралась на всеобщую оценку ее последствий для политического и социального развития Европы и всего цивилизованного мира. По этой причине я требовал совместных действий в едином направлении. Мне возражали, что поддержка Центральных держав привела бы к триумфу прусского милитаризма. Однако как все обернулось на самом деле? Представим себе, что, например, Италия, вместо того чтобы предать Тройственный союз, с самого начала выступила вместе с ним![123] Сегодня, когда вся панорама событий войны развернулась перед нами, мы могли бы со всей определенностью сказать, что в этих обстоятельствах война давным-давно бы закончилась победой Тройственного союза, а роль Германии при этом была бы вовсе не такой блистательной, как сейчас. Война была бы короткой, и тогда триумф прусского милитаризма был бы гораздо скромнее.
Сию минуту речь идет не о политическом предположении, а о политическом факте, который нельзя игнорировать. Объединение Европы должно проходить на основании сложившихся взаимоотношений между странами. Те, кто ставит условием объединения изменение этих взаимоотношений, путают реальность с утопией.
