– Как мало вы доверяете мне, Роберт! – прошептала вдовствующая королева. – А между тем вы более благородно доверчивы, чем кто-либо другой. Вы верите той женщине, которая недостойна вашего доверия. Скажу вам правду, граф Сэррей!.. Вначале, когда Мария Сейтон смеясь рассказывала мне, что вы для нас ничем не опасны, что она может заставить вас действовать так, как ей угодно, я хотела воспользоваться влиянием этой маленькой кокетки для своих целей. Но теперь я изменила свое намерение. Сегодня, когда она сообщила мне о том, что произошло на башне замка, как вы хотели сломать свою шпагу в доказательство того, что жертвуете для нее своей честью, я пришла к заключению, что пора прекратить эту недостойную игру. С моей стороны было бы преступлением поощрять дальнейшее кокетство Марии Сейтон. Я научилась уважать вас, Роберт, и нахожу, что с вами следует говорить и действовать с полным доверием, честно и открыто.
– Мария Сейтон все рассказала вам? – пробормотал Роберт, совершенно сраженный тем, что услышал. Мария Сейтон смеялась над его самым святым чувством! Она издевалась, в то время как его сердце обливалось кровью! – Так это была игра, только игра? – снова пробормотал он.
– Да, это была игра! – подтвердила вдовствующая королева. – И недостойная игра, как я вижу, – продолжала она. – Вы побледнели, дрожите? Эта коварная кокетка не только нанесла удар вашему самолюбию, но и жестоко ранила ваше сердце?
Роберт пронизывающим взглядом смотрел на вдовствующую королеву, как бы желая проникнуть в самую глубину ее души.
– Ваше величество, может быть, вы ошибаетесь? – прошептал он. – Скажите, что ошибка возможна, и я с радостью ухвачусь за малейшее сомнение. Ни одна женщина не может быть так жестока, так бессердечна! Нет, нет, это не так. Мария Сейтон спасла меня от мук пытки и после такого великодушного поступка не станет издеваться над человеком, который ни в чем не провинился перед ней!..
– Вы смотрите слишком серьезно на Марию Сейтон и потому у вас являются сомнения, – улыбаясь заметила вдовствующая королева. – Молодой девушке льстило ваше поклонение. Мы были в отчаянии, узнав, что регент прислал сюда свою стражу, и Мария решила попытаться склонить вас на нашу сторону. Заметив, что вы очарованы ее красотой, она пустила в ход кокетство как военную хитрость. Не любовь к вам заставила ее спуститься к вам в подвал и прекратить мучения пытки, а боязнь, чтобы палачи не убили вас и не вызвали печальных последствий для королевы. Она надеялась совершенно овладеть вами, но так как это ей не вполне удалось, то она и переменила тактику. Мария Сейтон подслушала ваш разговор с посланцем регента и очень оскорбилась им. Вы легкомысленно говорили о ее любви и советовали быть осторожным. Вот и все. Впрочем, Марии самой надоела эта игра, тем более что она не вполне удалась ей. Мне кажется, что вы можете упрекнуть молодую девушку лишь в вероломном кокетстве и больше ни в чем. Впрочем, я не знаю, может быть, она дала вам повод рассчитывать на серьезное чувство с ее стороны? Она говорила вам о нем?
– О нет, ваше величество! – с горькой усмешкой возразил Роберт. – Наивный человек, еще верящий в добродетель, мог бы тешиться тщеславными мечтами, но я могу поклясться, что Мария Сейтон была очень осторожна в своих выражениях. До сих пор, ваше величество, я не знал, что такое кокетство, теперь я постиг его.
– С какой горечью вы говорите это, Сэррей! – прошептала королева. – Бедный, вы серьезно любите ее! Но не теряйте надежды!.. Может быть, Мария считает ваше чувство легким увлечением и потому и вела свою недостойную игру, а теперь, когда она узнает…
– Нет, нет, ваше величество, – прервал вдовствующую королеву Роберт, – пусть Мария Сейтон даже не подозревает, какое страдание причинила она мне. Если для вас имеет значение моя благодарность, то знайте, что я навеки буду признателен вам, если вы ничего не скажете ей о моем горе. Я могу перенести насмешки над своим глупым легковерием, над тщеславными мечтами, но не допущу, чтобы смеялись над страданиями моего сердца.
– Как? Вы обладаете таким мужеством? – воскликнула вдовствующая королева, приподнимаясь с подушек, причем намеренно или случайно легкая шелковая накидка сползла с ее плеча и обнажила белоснежную грудь. – Вы обладаете таким мужеством?.. Нет, нет, – прервала она себя улыбаясь, – в вас говорит оскорбленная детская любовь. Приветливый взгляд Марии снова наполнит ваше сердце восторгом; достаточно одной ее улыбки, чтобы вы склонились к ее ногам. Да, ваша любовь – это любовь без гордости, без самолюбия; такая любовь забывает обман, терпеливо переносит все страдания и в конце концов выходит победительницей благодаря своему долготерпению. Благо тому, кто может так любить! Это дает ему возможность подняться над действительностью и погрузиться в царство сладких иллюзий.
