Я показал Алексе, державшейся неподалеку — все нормально. Про нее никто не знал. У нее была своя машина и пистолет в сумочке, который я ей дал. Она все-таки боевая девчонка из трущоб. И знает, как обращаться с пистолетом.
…
— Как ты выбрался? — спросил я, когда нам принесли заказ.
— Как-как. У нас с подвала подземный ход был прорыт, этого никто не знал, даже на Банковой. Когда штурм начался — нас не было уже. А вы?
— Я с аэродрома уходил.
— Понятно, ты же с русскими…
Да. Я с русскими.
— А сейчас?
— А чего сейчас?
— На Украину вернулся?
Салоид засмеялся.
— Я что, больной? Живу в Испании, дом купил, вид на жительство получил, через четыре года на гражданство подам. Виллу в Марбелье купил, давно еще, первая линия, шикарно. Взял за шестьсот пятьдесят, сейчас уже за лям ойро продам. У нас там целый поселок, русские, украинцы, приезжай, как брата приму…
— Здесь то, что делаешь?
— А ты не в теме?
— В какой?
— Ну с бабками.
— Какими бабками?
— Ну, тут затык. Мне сказали в посольстве, что ты в теме, — Салоид насторожился
— Это с инвестициями в недвигу что ли?
— Ну?
— Так погоди… ты на Садовнего что ли работаешь?
— А на кого мне еще работать? Он — папа, как скажет, так и надо делать. У нас там многие свои есть, и Гончар, и… короче, правительство Украины в изгнании, все как положено. Мы даже в Брюсселе представлены, у нас там представительство. Все, как положено, работаем в комиссии по урегулированию. Политическое примирение, дипломатический иммунитет у нас есть, все дела. Половина мира признает именно нас законным правительством.
— С вашими — уговор уже есть. Если эти путчисты идут лесом, и мы возвращаемся, то ваши интересы тоже будут учтены.
Салоид отхлебнул холодной Сангрии
— Ты пойми, тогда нельзя было иначе. Это у вас порядок в танковых войсках, у нас же… вот и приходилось на языковую педаль жать, националистов поддерживать. Но так… мы же все православные люди. Куда мы друг от друга денемся?
Салоид позвал официанта и закал еще сангрии. Когда принесли — достал фляжку и плеснул водки. Горилки, твою ж мать.
— О… хорошо. Так, о чем это я. Ты не думай, я тебе не враг, ты, надеюсь, тоже. Я сюда прилетел по поручению Папы, разобраться, как так получилось, что нашего друга грохнули. Ну, наш друг из Хорватии, понял? Я как прилетел, сразу в посольство. Но там мне сказали, что тему эту с беспределом закрыли. А тебя увидел и понял, ты и закрыл. Правильно ты тогда грохнул этого Пивовара, он отморозок был, краев совсем не видел. Правильно сделал.
— Короче, как думаешь, сын его сможет рулить? А?
— Думаю, что может, — ответил я, видя, как силуэт сидящего напротив меня Салоида вдруг как будто начинает терять резкость, расплываться.
— Это хорошо, если может. Я тут останусь какое-то время, проконтролирую. Не знаешь, где квартиру можно снять, хорошую и недорого.
— Нет.
— Ладно, сам найду. А насчет этих отморозков… не берите в голову, да? Есть такие сорванные, с АТО многие, планка совсем упала. Но мы таких сразу… на дальних подступах. У нас к вам вражды никакой нет.
