Львовщина. Рава-Русская, одна из крупнейших таможен в этом регионе — люди становятся здесь миллионерами за месяц. Сотни микроавтобусов с той стороны — мешки с передачками из Италии родным, контрабандой. Пачки сигарет на приграничных базарах — там уже с фабрик в пачках нет фольги, чтобы при проходе границы не звенело.
Таможенник, сидящий спиной к камере, на вопрос, что надо сделать, чтобы прекратилась коррупция, спокойно отвечает — надо всех нас расстрелять. Пока мы живы — мы воровать не перестанем.
Приграничные коттеджные поселки. Коттеджи по три, по четыре этажа. Закадровый голос — здесь живет таможенник, здесь полицейский, здесь — судья. Главный лесник — в своем коттедже устроил небольшой зоопарк…
Опять Львов. Генеральное консульство Польши на Коцюбинского, визовый отдел, очередь к нему — километр. Стоят за визами, за картами поляка. Спрашивают — как там с работой, как дешевле переводить деньги. В последнее время все чаще — как семью перевезти.
Да сколько же можно в конце то концов.
Было ли такое в мирное время, хоть где? По независимым оценкам — Украина уже потеряла треть населения, за границей украинские диаспоры — равны, а где-то уже и больше — российских.
Великий исход…
Не надо искать ни вины, ни смысла в действиях саранчи
Она просто питается.
— Саша. Ты чего? Тебе плохо, что ли? Сердце?
Я вернулся в нормальный мир.
— Нет
— С кофе надо быть осторожнее, — сказал озабоченно Салоид, — не тридцать лет. Я вот стараюсь — поменьше. Значит, думаешь, Дмитрий справится? Он так то нормальный парень, в Лондонской школе экономики учился. Должен… Ну, ладно, — Салоид истолковал мое молчание по своему — бежать надо.
Он бросил на стол деньги, за нас обоих.
— Если что, я тебя через посольство найду…
Не знаю, сколько я сидел. Меня снова вернул в реальный мир осторожный вопрос официанта.
— Синьор, я кувшин заберу?
— Да… да, — я достал деньги, — вот…
— Синьор, тот синьор за вас тоже заплатил.
— Бери. Я не люблю, когда за меня платят.
Официант пожал плечами, но деньги взял. Не будешь же отказываться.
Я пошел к выходу. В машине, припаркованной у входа, ждала Алекса, это была ее машина. Когда я оперся о машину… она выскочила…
— С тобой все нормально?
— Да… всё…
И тут мир покатился колесом.
<p><strong>Информация к размышлению. Из одной неопубликованной книги</strong></p>Правда, за которую смерть…
… "пока же важно понимать одно: украинская спецслужба, наследница советского КГБ, решила бороться с вновь образовавшейся монополией военных на контроль над нелегальными товарными потоками в зоне боевых действий, где цена за пропуск в «серую зону» одного дальномера, груженого товаром, часто достигала 5-10 тысяч долларов."
