День тянулся очень долго. Мешки гружу, а сам про клад думаю. Какие уж тут мешки и картошка, когда рядом клад лежит. С монетами сибирскими. Надо Сергея про эти сибирские монеты подробно расспросить. Должен он про них всё знать. Держал же он в своем времени антикварную лавочку, сумеет помочь начинающему собирателю. А, вдруг там не только медные монеты, а золото и серебро есть? Вот было бы хорошо. Только, правильно он сказал, не надо к кладу внимание привлекать, нужно всё тихо провернуть, чтоб ни одна душа не узнала.
Есть, есть у моего носителя капелька крови авантюриста. Как он насчёт клада то сразу среагировал. Моментально про все дела свои забыл и землю копать намылился. Но, впрочем, головы не потерял и к моим советам прислушался. Про сибирские монеты ещё просит рассказать. Это уже совсем хорошо. Как там мудрые китайцы говорили, если я опять что-то не путаю — если появился ученик, то учитель ему найдется. Расскажу я ему сейчас о сибирках. Руки у него делом заняты, а голова то свободна. Вот пусть и внимает.
— Что, Володя, заинтересовали тебя собольки? — спрашиваю своего носителя.
— Есть такое дело. Не мог бы ты, Сергей, мне про них рассказать? — не задержался с ответом Володя.
— Какие проблемы, слушай. Может и не всё правильно я знаю, но чем богаты, тем и рады. В восемнадцатом веке большинство актов купли-продажи в России осуществлялось как раз с помощью монет. Простолюдины чаще пользовались медью. За Урал доставлять монеты из центра страны было долго, дорого и не всегда безопасно. Пошаливали в то время некоторые личности. Несознательного элемента хватало. Предки наши не дурней нас были и решили этих трёх зайцев одним ударом убить — чеканить монету вблизи от места её хождения. Для Сибири решено было свою собственную региональную монету пустить в оборот и изготовлять её на Сузунском монетном дворе. Про это я тебе уже говорил. — отвечаю ему. Информации ещё в ответ свой напихиваю.
— Да, помню. — тут же Вова реагирует.
— Так вот, чеканили монету в Сузуне из колыванской меди. На монетке то у тебя буковки К и М есть? — задаю ему очередной вопрос.
— Имеются. — отвечает разглядывая монету мой носитель.
— Вот они и расшифровываются как «колыванская медь». В меди той имелись примеси золота и серебра, поэтому, если общегосударственная монета, в то время чеканилась по шестнадцатирублевой стопе, то сибирскую решено было делать по стопе двадцатипятирублевой. — продолжаю свой рассказ о сибирках.
— Поясни, пожалуйста. Про стопы эти. — прерывает меня вопросом Вова.
— Ну, это значит, что из пуда меди делали общегосударственных монет на шестнадцать рублей, а сибирских — на двадцать пять. Полегче они были из-за несовершенства технологий того времени. Не умели тогда все примеси золота и серебра от меди отделить, вот и получалась такая медь с остатками этих металлов. Но со временем технологии очистки металла улучшались и колыванская медь становилась всё более чистой. Ну, не в этом суть. — проясняю я непонятный ему нюанс.
— Понятно, давай дальше. — продолжает он наш диалог.
— Чеканили сибирку со второй половины шестидесятых до восемьдесят первого года. Соответствующего века. Хождение ей было назначено от города Тары до Камчатки. В европейской части России эти деньги не являлись законным платежным средством. Народу в Сибири в то время было не сильно много, а Сузун выпускал монеты иногда на двести пятьдесят — триста тысяч рублей в год. Хватало её всем и даже вскоре появились излишки. Самая главная фишка — налоги то платили серебром, поэтому и простой народ, и купцы в нём сильно нуждались. А тут — медь. Для покупок она, ещё туда-сюда годна, а государственные казначейства её не берут за налоги и повинности. Крестьяне и купцы стали отказываться от приема той монеты, курс её стал падать. Проблему решили кардинально — собольки перестали чеканить, а в Сузуне решили выпускать общегосударственную монету по шестнадцатирублевой стопе. К этому времени и медь там научились от примесей чистить, золото и серебро практически полностью от её отделять. Выпущенных уже соболей оставили в обороте. Вот как-то так там дело было. — пытаюсь рассказать всё что сам знаю про сибирские монеты.
— Интересно. — внимательно внимая мне отвечает Володя.
— А, вот ещё. Чеканили сибирскую медную монету номиналами в полушку, в деньгу, копейку, две копейки, пять и десять копеек. Тебе десять копеек и достались. — дополняю свой рассказ.
— Спасибо. — кивнул головой Володя.
— Не за что. Я же сказал, помогать тебе во всём буду. Вот и помогаю.
Так и грузил Володя мешки с картошкой до окончания рабочего дня, а заодно и багаж нумизматических знаний пополнял. Два в одном. Тренировка для тела и мозга.
Как работа на поле была завершена, и студенты возвратились в деревню, остался он на месте произрастания картошки, со всеми на отдых и ужин не поехал. Решил без чужих глаз поиском клада заняться. Ребятам сказал, что пешком ему пройтись захотелось, если на вечерний прием пищи опоздает — пусть ему еду оставят. Он её попозже съест.
