Мы с Вовой, к ним присоединяться не будем. Как другой Владимир уже говорил — пойдем другим путем. Я с носителем моим, под свою музыку танцевать продолжим. Пусть там они своей эстрадой и литературой занимаются, дизайном и производством. На нашу поляну они пока не лезут. Вот и разойдемся с ними краями. Наше дело — антикварное.
Сказать, что домашние были рады возвращению Володи из рядов вооруженных сил — это значит, ничего не сказать. Человек с войны вернулся при своих ногах и руках, даже без дырки в голове — это счастье. Поэтому, все родные Вовы были безмерно счастливы. И папа, и мама, и сестра, и бабушка… Перечислять можно долго — у Владимира родственников не мало. Не отставали от них и знакомые, и бывшие соученики по школе. Да и просто земляки.
Во времена Сергея такого уже не было. Более разобщенно все жили, а иногда, чужая радость даже злобу и зависть вызывала. Ишь ты, повезло ему, а почему не мне? Чем я хуже? И начиналось всякое-разное. Вспомнить даже противно. Нет, в лицо то могли и улыбаться, и поздравлять, но камешек за пазухой то держали.
Вова ещё с дороги домой сообщил, что едет и когда примерно прибудет. Поэтому, ничего удивительно не было в том, что стол в гостиной был уже накрыт. Причем не хуже, чем на Новый Год. Нет, даже, пожалуй, лучше. Когда дверь он в дом родной открыл — горячее было горячим, водка — холодной, салаты — свежими.
Посидели хорошо. Не только ели-пили, но и Володю не забывали расспрашивать что и как. За что орден? А медаль за что? Почему не писал о ранениях? Чем дальше собираешься заниматься? Рады были очень, что Вова восстанавливаться в институте собрался сразу же. Нечего тянуть — правильно он это делает.
Из дома в день приезда Володя никуда уже не пошел. Не до того было. Сколько вон, дома то не был. Всё остальное и подождать может. Наговориться, насмотреться с родными никак не мог… Да и им, счастье то какое привалило. Солдатик порог родной переступил. Не каждый день такое бывает.
На следующий день, не с самого утра — отойти после вчерашнего немного надо было, отправился Володя в библиотеку. Сей странный выбор был обусловлен моей настоятельной рекомендацией.
Пока нас в союзе не было, жизнь то здесь вон как поменялась. Сошла с известных мне траекторий. Как я уже отмечал, для Вовы и его окружающих всё как бы шло своим чередом, но вмешательство ДАГ многое поменяло. Могли измениться и планы строителей в областном центре. Поэтому клад, найденный в моем мире весной прошлого года во дворе дома номер 153 по улице Карла Либкнехта областного центра, вполне себе мог не быть выкопанным при прокладке траншеи, а продолжал лежать в земле и ждал Вову со мной в совокупности. Шансов на это было не много, а вдруг…
Поэтому и двигался сейчас Володя в сторону профсоюзной библиотеки леспромхоза для просмотра подшивок областных газет за прошлый год. Именно в них и была в своё время опубликована статья о находке того клада. Потом ещё данную публикацию и все районные газеты перепечатали. Ещё бы, такое событие не каждый год случается. Банки со старинными золотыми монетами не так уж часто из недр земли извлекаются. Причем, не с одной-двумя, а сразу с большим количеством.
— Здравствуй, Володя. Вот кого-кого, а тебя сегодня у нас мы видеть никак не думали. Дембели, обычно, на второй день после приезда домой в библиотеку не заглядывают. — поприветствовала Володю библиотекарь.
Ну вот, и в библиотеке знают о моем возвращении из армии. Событие целое, оказывается, мой приезд. Почти как космонавт с орбиты вернулся.
— Добрый день. Решил газеты наши посмотреть. Что тут у вас без меня случилось, какие события произошли. — отвечаю библиотечному работнику.
— Да, вроде, ничего такого и не было. Всё по-старому. Планы перевыполняются, вершины достигаются. Леспромхоз на хорошем счету. — начала перечислять библиотекарь.
— Смотрю, книг у вас новых стало много. Детективы, фантастика, приключения… — говорю, а сам на полки с новыми поступлениями показываю. Так заведено в нашей поселковой библиотеке — сначала они все новинки на отдельные полки выставляют, чтобы люди могли с ними познакомиться, а через некоторое время уже и на соответствующие тематические стеллажи их размещают. Классику — к классике, фантастику — к фантастике, занимает своё отведенное место политическая литература и остальные издания.
— Что есть, то есть. Где-то с полгода назад — как прорвало. ДАГовские книги появились. Тиражи огромные, цена не высокая. Профком леспромхоза денег выделил, мы и закупились. Читают их активно, сначала даже очередь была. Ну, сам знаешь, как раньше с интересными книгами и журналами было. Не забыл, наверное, ещё. Какие подшивки тебе дать? — объяснив про новые поступления спрашивает меня библиотекарь.
— Пока только «Кировскую правду», а там посмотрим. Может ещё что гляну. — отвечаю ей. Выдали мне подшивку за целый прошлый год. Сижу, смотрю.
