— Да, Динара… — он медленно склоняется, замечаю, как его глаза ярко блеснули, а губы тронула улыбка. — Тебе же только надо будет беречь метку. Никто не должен увидеть ее. Снять или замаскировать клеймо мне не под силу. Только когда исполнишь весь долг.
Я скривилась, испытывая отвращение. К демону, к себе. За все, что происходит. Но если это на самом деле обезопасит Лайзела…
— Небось вновь думаешь о нем? — я уловила в голосе демона иронию, смешанную с легким разочарованием. — Что же, оправдывай свою греховность так, если тебе от этого легче. Но это не изменит того, что ты спишь одновременно с двумя.
Демон с силой повалил меня на землю, в грязь, смешавшуюся с первыми опавшими листьями. Я даже не ощутила боли от легкого удара, лишь чувствуя, как меня поглощает отчаяние. Ведь он прав.
На глаза навернулись слезы. Его прикосновения впервые приносили столь мучимую душевную боль. Даже когда он пришел забрать свой долг, не было так больно, как сейчас. Я не хотела предавать Лайзела. Не хотела чувствовать кого-либо, помимо мага. Ни одна осторожная ласка, ни один нежный поцелуй, который почему-то старался мне подарить демон, не могли заменить теплые чувственные губы Лайзела, его трепетные пальцы, что дарили тепло. С магом мы не просто спали, занимаясь животным сексом… с ним мы любили друг друга. Демон же не знает любви. Как бы он не пытался, не поймет, что дело не в откровенных, пусть и осторожных, ласках, а в чувствах, что испытываешь с любимым, эмоциях, что тебя переполняют. То, как сильно хочется подарить другому такие же приятные ощущения…
К демону я не то чтобы прикасаться не могла, просто смотреть на него. Мое внимание было приковано к синичке внизу на ветке, которая упорно доставала что-то с желтого листочка. И так же я упорно терпела демона, понимая, что это надо. Если я хочу обезопасить Лайзела, то должна пережить эти минуты.
— Не делай вид, что тебе не нравится! — зло прошипел демон, сдавливая мой подбородок и заставляя смотреть на него. Янтарные глаза, казалось, горели в утреннем тумане. Яркими огоньками светились в предрассветной серости. В них было нечто новое, чего я раньше не замечала. Обида? Непонимание? Или желание? Да нет же — демоны не умеют испытывать таких чувств.
— Мне. Не нравится! — выделяя каждое слово, честно призналась я. — Ты знаешь, что я не хочу этого.
— Хочешь мага? — яростно спросил демон, проведя когтем по моей щеке, спустившись к шее и оставляя неприятный красный след. — Пожалуй, мы можем с ним это обсудить. Чего уж скрывать?
Внутри все похолодело.
— Да, Динара, время правды…
Он с силой и грубо вошел в меня, не давая времени привыкнуть, принять более удобную позу. В шею упирались ветки, ныла спина, но демону было все равно. Ему нужна была только сила — я разозлила его.
До боли знакомый яркий свет вспыхнул между нами, охватывая его рисунки золотым свечением. Вот оно, то, что держит около меня демона. Та часть договора, которую я должна буду вечно платить — человеческая сила ведьмы…
Прохладный ветер бил в разгоряченное лицо. Демон летел назад в особняк Лайзела, крепко держа меня на руках. Он был в своем истинном обличии демона с огромными кожистыми крыльями и твердой серой кожей. Переполненный силой, дьявол будто бы воспарил не только телом, но и душой. Или как правильно назвать то, что у него внутри? Не знаю. Меня же волновали сейчас совсем иные мысли. Даже восторг от высокого полета улетучился, оставляя место отчаянью. Демон заверил, что в особняке больше нет ищеек, но неприятное чувство страха за мага все равно одолевало. Я должна ему признаться, сказать, кто на самом деле убил его друга. Ведь Лайзел все равно знает о демоне. Не хочу больше врать!
— Не смей говорить магу, кто причастен к убийству Госринского! — властно прошептал мне на ухо демон, догадавшись о моих мыслях. — Кафраз не должен знать о моем изначальном плане. Не забывай, жизнь твоей сестры все еще в моих руках…
Сглотнула. Энни! Господи, что же мне делать?! Я не хочу обманывать Лайзела, но и рисковать сестрой тоже. Все это ради нее… теперь уже поздно отступать.
— Молодец, девочка. Правильно мыслишь.
Меня покоробило от его ласкового «девочка», будто бы насмешка. Ведь прекрасно знает, что я не пожертвую сестрой. Дьявол! Как же ненавижу!
Однако стоило мне увидеть впереди Лайзела, как злость сменилась радостью. Ведь он здесь. Его не забрали.
— Динара? — он пораженно посмотрел на меня, после на демона, аккуратно поставившего меня на порог особняка.
Смутилась под проницательным взглядом мага, дрожащей рукой оправила платье, догадываясь какой у меня сейчас растрепанный вид.
— Магия?! — изумленно выдохнул Кафраз. — Почему я не чувствую больше твоей силы?
Я не нашлась что ответить, пытаясь собраться с мыслями, объяснить, когда демон опередил меня:
— Я скрыл ее дар. И думаю, ты догадываешься, каким именно способом?
Прекрати! Прошу. Не говори об этом так легко, так непринужденно, словно бы речь о погоде. Ведь мне стыдно. Жар опаляет лицо, но это только веселит демона.
