Он с усмешкой подмигнул в отражении зеркала, оправляя моё платье от едва заметных складок. Я оглядела себя внимательней, расправила плечи, выпрямила спину. Сапфир, будто впечатанный в мою кожу, придал уверенности. Было ли это магическое свойство камня, но что-то повлияло на настроение, и небольшое воодушевление поселилось в груди. Но больше всего мне хотелось увидеть восхищение только в одних глазах.
Финальным штрихом оказались любимые духи. Пряный аромат принёс воспоминания, старые и тёплые, заменив их ещё одними, теми, что остались после итальянского приёма. С волнением я вспоминала танец с Максимом, его хриплый шёпот и наш первый раз, неловкий и сумбурный, но не менее запоминающийся, чем все последующие ночи с ним. Будет ли этот вечер похож на римский бал? Хотелось бы верить, что в этот раз всё окончится несколько иначе.
Подхватив клатч в одну руку и подол в другую, я вышла из номера. Август, облачённый в строгий костюм, терпеливо ждал в коридоре, но завидев меня на секунду замешкался, приоткрыв рот. Что ж, на обычно угрюмого и молчаливого охранника я произвела эффект. Он даже подставил свой локоть, провожая на улицу до машины, где нас уже ждали.
Едва я завидела Максима, как сердце ускорило ритм. Одетый в облегающий стройную фигуру чёрный смокинг и лакированные туфли он нетерпеливо ходил из стороны в сторону. Бронзовые волосы не торчали как обычно, а были приглажены на пробор. Элегантный образ слегка портил проявляющийся синяк над бровью. Хотя это было неважно, поскольку этот мужчина способен взволновать меня, как бы не выглядел, хоть одетый в классику, хоть в порванную футболку, хоть оказавшись в крови и гематомах на боксёрском ринге.
Занятый телефонным разговором Максим поначалу не обратил на меня внимания, но стоило ему повернуть голову, как он замер, словно поражённый, что-то быстро пробормотал в трубку и отключил звонок. Оливковые глаза потемнели, жадно осматривая моё лицо и фигуру, от чего я почувствовала себя полностью обнажённой. Видя, какое впечатление произвела, я выставила ножку в разрез, открывая бедро на грани приличия и не оставляя воображению не единого шанса.
– Надеюсь, платье не слишком вульгарно?
– В самый раз, – прошептал Максим, опуская глаза. – Снова чёрный?
– Наряд выбирал Марк, но я разбавила синим, как видишь, – я ткнула пальчиком в сапфир на шее.
– Вижу.
Взгляд Эккерта продолжал прожигать во мне дыру и в нём читалось неприкрытое желание. Он не обращал на ожерелье никакого внимания, всё оно было сосредоточено на мне, а значит этот раунд я выиграла. Почувствовав предательскую дрожь в коленях, я постаралась ничем не выдать охватившее меня волнение. То, что отображалось на лице Максима, будоражило кровь. Да к чёрту бы этот приём! Стоило вернуться в номер, чтобы не выходить из него до утра, но, как сказал Виардо, присутствие Эккерта как и его партнёров по бизнесу, было обязательным, а значит несколько часов ещё придётся потерпеть.
Всю дорогу между нами сквозило напряжение так что воздух, казалось, искрился. Чувствовалось, что Максима обуревают те же мысли, что и меня, таким жадным и непристойным был его взгляд, задерживающийся то на моей обнажённой ножке, то на утянутой в корсет груди, то на губах, которые я то и дело нервно облизывала.
Уже в самолёте я перехватила его взгляд, когда поправляла тесный корсет. Дышать в нём было можно, но при этом требовалось большое терпение и необходимость задерживать дыхание. Хотя не скрою, мне чертовски нравилось, как платье подчеркнуло талию и сделала пышнее бёрда и грудь.
– Помочь ослабить шнуровку? – Максим задумчиво погладил пальцами нижнюю губу.
Я осеклась на Марка и охрану, которые изо всех сил делали вид, будто их здесь нет.
– Может, позже?
Я представила, как Эккерт разрывает это платье голыми руками, и вновь облизнула губы, смазывая остатки помады. Не знаю, как бы прожила с этой картинкой в голове до окончания вечера, но мои мысли прервал тихий смешок.
– Помнишь, в Риме ты сказала, что всё это напоминает тебе фильм, – потемневшие глаза смотрели с ироничным прищуром. – Полёт в оперу на частном самолёте, ожерелье, взятое напрокат. Теперь я и правда вижу совпадения. Прости, только это будет не увлекательное развлечение, а всего лишь скучный приём.
Если пару месяцев назад я даже посмеялась над схожим сюжетом, сейчас это сравнение прозвучало обидно. Преобладавшее последний час воодушевление стало утихать.
– Ты всё же посмотрел «Красотку»? – как можно более хладнокровно спросила я, стараясь сохранить спокойное лицо, но кажется Максим заметил перемену.
– Да, интересное кино, только… неправдоподобное, – он окинул меня внимательным взглядом, но я изо всех сил постаралась не выказать горечь.