– Абсолютно честно и откровенно, несмотря на все усилия адвоката, который теперь сам не свой.
– Он не сказал, почему убил?
– Мы пока еще в процессе, но, по моим ощущениям, скоро все выложит. Я сейчас ненадолго вышел, его Шивон и Кэллам дожимают. Дин бесится из-за того, что тебя пустили, твердит, что это обесценит все, что расскажет его клиент.
– Сомневаюсь, что присяжные с ним согласятся.
– А прокурор вполне довольна. Джон, с меня причитается.
– На работе не пью, сэр.
Шутка вышла так себе, но Сазерленд все равно рассмеялся.
– Вот бы ты так говорил, когда служил.
– Согласен, – вздохнул Ребус.
– А ты правда имеешь какое-то влияние на этого типа, Кристи?
Ребус помедлил и сказал:
– Может быть. Хотя мне тошно тратить влияние на такую сволочь, как Гленн Хазард.
– Значит, он будет сам по себе? – Сазерленд помолчал. – А как же Кафферти?
– Поживем – увидим.
– Я правда жалею, что остался…
– Подашь на меня рапорт?
– Конечно, нет!
– Скажи Шивон – пусть позвонит мне, как все закончится.
– Обязательно. Еще раз спасибо.
В трубке стало тихо.
Смит так усердно тянулась со своего сиденья, что уже чуть не лежала у Ребуса на коленях.
– Слышала что-нибудь?
– Нет.
– Ну и хорошо.
– Но он признался в убийстве?
– Похоже на то.
– Джон, черт тебя раздери, что ты ему сказал?
– Тайна исповеди.
– Вот уж священник из тебя никакой.
– Было дело, я когда-то выпивал с одним. Наверное, он меня и обучил паре трюков.
Вечером в баре “Оксфорд”, в заднем зале, собрались Ребус, Кларк и Фокс. Они выбрали столик поближе к камину, и Шивон Кларк принялась рассказывать, заполняя пробелы.
– По словам Хазарда, он не сразу понял, что Блум умер. Он ударил его мобильником – просто хотел вырубить. Собирался отвезти Блума на ферму, подержать связанным в коровнике и убедить отказаться от плана.
– У Блума был какой-то план? – спросил Фокс.
– Блум заметил Хазарда на съемочной площадке. Он знал, кто он и почему больше не появляется в клубе.
– Грязная наркота, повлекшая передоз со смертельным исходом?
Кларк кивнула.
– Хазард считал, что продает китайский кетамин, но та партия оказалась смесью кетамина с экстази, там надо было делать дозы поменьше. – Она отпила из бокала. – Если бы Хазард ослушался Блума, тот заговорил бы – или с нами, или с Кафферти.
Ребус посмотрел на нее поверх стакана:
– А чего хотел Блум?
– Он к тому времени уже взломал офис Брэнда и решил, что если с такой легкостью удалось что-то забрать оттуда, то ведь можно что-то и оставить.
– Блум собирался подбросить Брэнду наркотики?
– Или в офис, или – что более вероятно – в дом. Потом обронил бы пару намеков прессе, и Брэнд перестал бы вставлять палки в колеса Джеку Нессу.
– А наручники зачем?
– Хазард, как я уже сказала, клянется – он думал, что Блум просто потерял сознание. И боялся, что тот сбежит, когда очнется. Ноги сковать гораздо надежнее, чем руки.
– И наручники он потом не снял, потому что…
Шивон чуть улыбнулась:
– Угадай.
– Хазард потерял ключ?
– Хазард потерял ключ, – подтвердила она. – Когда он на ферме открыл багажник, у него сразу возникло дурное предчувствие.
– А как тут замешан Эндрю Карлтон?
– Мне кажется, Хазард думал, что Карлтон поможет ему припугнуть Блума. Но когда Хазард понял, что Блум мертв, то сам запаниковал. Пошел к Карлтону и сказал, что ему надо где-нибудь поставить машину на время.
– И ты поверила?
Кларк поразмыслила и пожала плечами:
– Не думаю, что это так уж важно. Карлтон в лучшем случае пособник. Хазард не утверждает, что ударил Блума в присутствии Карлтона.
– Кстати, где они встретились?
– На опушке Портаун-Вудз. Вероятно, Блум предложил.
Все трое с минуту молчали, переваривая информацию. Ребуса, кроме того, заботила непростая задача – как устроить так, чтобы стакан пейл-эля оказался единственным. Он поднял стакан, но пить не стал.
– Кому-нибудь что-нибудь заказать?
Все трое оглянулись. В дверном проеме маячила массивная фигура Гранта Эдвардса.
– По-моему, нам и так хорошо, – ответила Шивон Кларк.
Эдвардс сходил к барной стойке и вернулся с разбавленным виски. После чего выдвинул стул рядом с Кларк, сел и отпил, не потрудившись сказать “ваше здоровье”.
– Спасибо, что заглянул, – сказал Ребус.
– А когда я не заглядывал?
Ребус вдруг понял, что на лице Эдвардса нет обычной придурковатой улыбочки, кроме того, тот даже не сделал попытки снять свое тяжелое шерстяное пальто.
– Если оценивать по шкале от одного до десяти, то насколько я в жопе? – спросил Эдвардс.
– Одиннадцать, – предположил Ребус.
– Смотря что ты скажешь, – заметила Шивон Кларк.
– Тебе известно, что мы со Стилом поболтали с Далласом Мейклом?
– Тоже мне новости, – ответила Шивон.
– И заключили с ним сделку, – сказал Ребус. – Вот только Даллас Мейкл теперь наш человек.
– Вам от этого никакой пользы. – Эдвардс добыл из кармана телефон, несколько раз коснулся экрана и поднял, чтобы все услышали запись. Слова на фоне шума звучали вполне внятно. Все узнали голос Стила.
