Уже тем же вечером я наплевал на все предупреждения мага и отправился на охоту. В конце концов, мои обязанности никто за меня выполнять не будет. Я охотник и пока им остаюсь, буду уничтожать демонов и нечисть, что нарушает законы, как бы смехотворно последнее не звучало. Какое кому дело есть до законов пока такое твориться вокруг?
Стоило выйти на улицу, как я ощутил: что-то происходит. За время моей «прогулки» я не встретил ни одного демона, хотя Нью-Йорк кишит этими тварями. Попрятались фейри, затихли вампиры и оборотни. А ночь была темнее и холоднее, чем обычно.
«Неужели убийца?» - пронеслось в моей голове.
Я скользил по улицам тенью, держа ангельский клинок наготове. Почему ангельских клинков всегда не хватало на месте преступления? Может ли быть, что убийца нечто демоническое? Архидемон? Эти мысли часто приходили в мою голову, и я не отвергал их не на секунду. Отец… Валентин говорил мне, что есть демоны, о которых мы мало, что знаем и эти самые опасные и обычно самые сильные. Может здесь именно тот случай? Ведь все жертвы умирали с лицом, выражающим ужас и почти никаких видимых ранений, кроме смертельных, иногда зачем-то сделанных посмертно. Кому-то нужно, чтобы мы считали, что это убийства, кровавые убийства…
Мимо меня пролетел вампир. Летучая мышь-вампир отличалась от своего животного сородича размером: вампир был значительно больше в размере и размахе крыла. Я усмехнулся. Отель «Дюмор» где-то недалеко. И, похоже, у них там пирушка.
Я пошёл вслед за летучими мышами, которые собрались прямо над зданием, кружа и попеременно влетая в полуразвалившийся отель, давно утративший своё великолепие.
Что там происходит?
Я не привык к церемониям вежливости с нечестью. К чёрту переговоры, трёп ни о чём, когда каждый в мыслях мечтает перерезать другому глотку. Поэтому я просто зашёл в отель.
Вампиры сгрудились над чем-то лежащем посреди стола. Что-то оказалось человеком. Странно. Вроде пирушка, а человек всего один.
- Что-нибудь интересное, упыри? – поинтересовался я, держа клинки серафима наготове.
Несколько молодых вампиров бросились на меня. Их впалые глаза явно говорили о сильном голоде. Обычно вампиры не отказывали себе в пищи. Но из-за всех этих убийств охотиться стало небезопасным. Подобные изменения ощутили все. В особенности новообращённые. Они были зверски голодны и разодрали бы меня на куски. Поэтому я убил их несколькими ударами в сердце. Правда, одна из них, совсем юная вампирша оцарапала мне лицо и оставила почти неглиже, но это меньшее на что я мог жаловаться. Больше никто не напал. Все взгляды выражали животный голод, однако никто не шелохнулся. Вперёд выступил черноволосый мужчина в распахнутой рубашке. Его спокойные глаза выражали некоторое сожаление, как и плотно сжатые губы. Он держал правую руку высоко поднятой. Я знал, что вожаком «улья» вампиров была женщина, некая Камила. Но кто это такой?
- Я, Рафаэль. Помощник Камилы. Опусти клинки, охотник, сегодня мы не враги с тобой.
Я не спешил убирать оружия, однако опустил руки вниз.
- К чему такое скопище ради одного примитивного?
Рафаэль опустил голодный взгляд.
Я решительно прошёл вперёд и не сдержал яростного возгласа.
- Ангел тебя дери, примитивный!
На полу разломанном столе отеля «Дюмор» лежал окровавленный и покусанный, почти что, труп Саймона Льюиса, моего врага и лучшего друга Клэри. Я столько раз мечтал убить, уничтожить этого примитивного, а сейчас был готов рыдать от гнева. Как он посмел умереть? Больше не мучатся, не зная, где Клэри, жива ли? Решил легко уйти?
- Я отнесу его домой, - прорычал я, не зная что ещё делать. Мне хотелось бы, чтобы сейчас он встал и я, как нормальный мужчина набил бы ему лицо. Но к чему всё это? Примитивный на моих руках был ледяным, он труп.
Рафаэль схватил меня за руку.
- Нет, теперь он часть улья.
- Мне решать часть он чего-то или нет! – рявкнул я. – Пусть он только переродиться, гад! Я ему много чего расскажу! И где его место тоже!
- Нужно провести ритуал перерождения.
- Так проводи!
Вампир сочувственно кивнул. Другие упыри расступились перед ним, и мы вышли на улицу. Снова чертовский холод, но адреналин в моей крови не давал мне замёрзнуть.
