Далее было гораздо проще. Незаметно продвигая учебник от заголовка параграфа, Игнат только менял по ходу книжные фразы на свои. Работу он сдал первым, и учительница быстренько ее просмотрела:
-- Что сказать,молодчина!
-- А в дневничок?
-- Подавай.
* * *
На четвертом уроке разбирали контрольную, которую писали в прошлый раз. Математик Михаил Иваныч, "Галушка", невысокий, широкий как в плечах, так и в груди строгий мужчина лет сорока брал из разноцветной горки тетрадок верхнюю, называл фамилию, а потом останавливался на ошибках.
Слушали внимательно, а многие даже, затаив дыхание, ожидали своей очереди. Получить хорошую отметку по математике было не просто и весьма престижно. Не раз случалось, что на все параллельные классы выходила в итоге лишь одна пятерка по контрольной, и если в роли такого единственного триумфатора оказывался Игнат, то тогда он с неделю как на крыльях летал.
Задание в прошлый раз было очень трудным, на громоздких длиннющих алгебраических многочленах. Одна за одной пролетали неудержимо, стремительно, ставшие вдруг такими незаметными, драгоценные минутки урока.
-- Как там, босс, скоро? Давай, погнали, пора запускать конвейер! -- словно издалека откуда-то зудел над ухом назойливым шепотом Лешка Антольчик.
Но Игнат лишь едва успевал отмахнуться в ответ, занятый целиком работой и даже не взглянув на своего подшефного:
-- Да подожди ты.
-- Сколько жди, пятнадцать минут на моих.
-- Отцепись, сам завис. Не видишь?
Наконец, основополагающее звено, замершей в ожидании шефской помощи мафиозной цепочки, глянув в последний раз на часы, отмахнулось безнадежно рукой:
-- Абзац, мальцы, сегодня!
Но на переменке Лешка говорил уже с пониманием, как и всегда в тех редких случаях, когда мафиозная цепочка оставалась без помощи:
-- Начало четверти еще, ясное дело. Но коли есть начало, то будет и конец, а под конец даст нам и Галушка продышку!
И в этом он никогда не ошибался.
Тем более приятно Игнату было теперь, перебирая раз за разом мысленно контрольное задание, убеждаться с уверенностью снова, что серьезных ошибок, скорей всего, нет. "Ну и денек сегодня! -- в восторге думалось. -- И тут пятак, не иначе".
-- Горанский... Горанский Игнат. Одна из лучших работ, -- словно в подтверждение его мыслям говорил вскоре учитель. -- Еще бы аккуратней, молодец Игнат.
А еще через несколько минут наступило самое приятное.
-- Раскрыть дневники! Поставьте сегодняшним днем каждый свою отметку, -- приказал Михал Иваныч уже нестрого, а как-то торжественно.
Потом пошел по рядам, проставляя подпись. Возле Игната приостановился.
-- Ишь, сколько тебе понаставили! -- рассматривая страничку дневника, даже удивился он улыбчиво.
-- Иду на рекорд! -- блеснул глазами в ответ счастливый Игнат.
Он уже понял...
Нет! -- он всем существом своим явственно чувствовал, что это сегодня за день. День, когда как по накату ладится любое дело, когда случай с тобой заодно, и уж если пошла от начала удача, то напрямик до конца.
В тот феноменально счастливый день было еще два урока, физика и физкультура. Еще в конце минувшего учебного года принял Игнат окончательное решение поступать в университет на физфак. Теперь он учился на заочных подготовительных курсах, раз в месяц готовил письменную контрольную работу и отсылал ее на проверку. Выбором своим он был в огромной степени обязан учителю, который частенько поговаривал:
-- Физика это, прежде всего, решение задач!
Соответственно и задачи на уроках физики решали почти каждый раз, а зачастую и весь урок. И вот, когда в тот удивительный день первая же зачитанная учителем задача оказалась из недавно выполненной курсовой контрольной, Игнат даже и не удивился вовсе. Ему даже показалось, что иначе и быть не могло, ни секунды не рассуждая, вскинул он вверх руку:
-- А можно мне попробовать?
На физкультуре сдавали бег на тысячу метров. Выполнить на отлично обычный школьный норматив, имея давным-давно первый взрослый разряд по легкой атлетике -- как через порог переступить. Однако когда Игнат в конце урока принес свой дневник на отметку учителю, тот даже не понял в начале. Мол, что-то ты новое выдумал. И действительно, ведь такого никогда не случалось в его практике, чтобы какую-то "физ-ру", да проставляли под роспись в дневник.
-- А вы посмотрите! -- в ответ на его недоуменный взгляд Игнат провернул торопливо дневниковые страницы, открыл сегодняшний день.
А там!
Там уже красовалось в столбик целых пять пятерок, шикарно отмеченных целой шапкой разноцветных учительских подписей.
-- Для книги рекордов, Евгений Николаевич.
-- Гиннеса?
-- Не-а, фамильной...пока.
Теперь уже заулыбался широко и учитель:
-- Ясно. Что ж, получите!
И он смачно вывел, размашисто расписался.
2
Рациональный подход
