В движении вечном (СИ) полностью

-- Са-п-поги подал сюда н-на...! Я кому сказал, быстренько.

-- И подавал?

-- Еще и портянки намотать приходилось.

Игнат ощущал какое-то сатанинское удовольствие, забавляясь с бандой верных гвардейцев над беспомощными пацанчиками в классе, но вот чтобы самому... Чтобы и самому оказаться на долгие годы в объектах несравненно более циничных, издевательских забав... Он ведь уже знал прекрасно, что минуты и даже секунды имеют удивительнейшее свойство менять свой обычный ход не только в знаменитой теории Эйнштейна, иной раз даже несколько мучительных минут могут растянуться до бесконечности.

А тут целых два года!

Он даже не сомневался, что со своим вспыльчивым, подчас неподвластным себе, норовистым характером рано или поздно взбунтуется...

И тогда:

-- Папку-мамку навряд ли тогда здоровым увидишь! -- однозначно утверждали на это бывшие армейцы.  -- И друзей, и подругу любимую.

Год до армии, два года служба.

Потом... а что потом?

Три года, таких три года. Словно полжизни они в семнадцать.

Словно синонимы были теперь для Игната слово "поступить" и слово "выжить".

* * *

Колючими тридцатиградусными морозами, обвальными затяжными снегопадами перевернул настороженно очередную летописную страничку новый 1977-ой год. По терминологии игнатовой "виртуальной" реальности это была еще одна значимая ступень на пути к заветной цели, еще один победоносный этап уникальной исторической эпохи, эпохи развитого социализма.

Это был расцвет ее, триумф. И начало конца в то же время. Вскоре назовут ее эпохой застоя.

Многое тогда казалось застывшим навсегда нерушимым стальным монолитом... И, как обветшалый соломенный стог стихийным ветром отлетело порывно в небыт дуновением сил всемогущих.

ТОМ II

КНИГА ЧЕТВЕРТАЯ

ЦЕХ N 50

ГЛАВА ПЕРВАЯ

РОБОТ

1

"Телезвезда Коля"

Любо, любо-дорого глянуть, как "выступает" по телевизору начальник смены цеха N 50 Николай Семенович Логацкий. Весь он с ног до головы, словно в идеале создан для телевизионной картинки.

Совершенно другое дело Петр Петрович Васильев. Петр Петрович по значимости точно такой же начальник в цеху, начальник смены второй, однако ему за шестьдесят, голосом он сиповат, телом неказист, ростом огромен да еще и лыс в придачу. "Череп", так вот за глаза кличут его на участке.

А вот Логацкий молод, и сорока еще нет, среднего роста, худощав и строен. Лицо у него интеллигентно с бледноватой, вдумчивой печатью интеллекта, как у ученого. Голос хорошо поставлен, четкий и звучный, говорит он всегда без бумажки, но без единой запиночки. Вот и снова в очередной раз предстает он в ослепительных ярко-розовых рамповых бликах у микрофонной стальной тросточки, установленной посреди просторного сборочного цеха, и по команде бородатого неряшливо, долговязого телеоператора начинает снова бойко, привычно, торжественно:

"Наша робототехническая линия по сборке электронных наручных часов, запущенная в эксплуатацию в начале текущего года, не имеет аналогов в мировой практике... Только экономический эффект от ее внедрения составляет сотни тысяч полновесных рублей, кроме того она позволяет высвободить в процессе производства десятки нужных рабочих рук... В скором времени планируется ввести в действие еще две аналогичные линии, а в более далекой перспективе осуществить и полную замену ручной сборки на автоматизированную... Мы в цеху очень довольны нашим механическим помощником и с нетерпением ожидаем новых!"

Долго, долго еще "выступает" Логацкий, лик его строг и лучезарен до неузнаваемости в ослепительных ярко-розовых рамповых бликах, лучший, парадный троечный костюм на нем, лаковые остроносые туфельки. Петру Петровичу, "Черепу", что? ? он на телевизионную картинку сто процентов не катит, он и в свитерах, и в джинсиках хоть каждый день на работу, зато сменщик его неизменно при полном параде. А вдруг опять телевидение нагрянет.