Примеры схожие можно продолжить до бесконечности
Но ведь полная конкретика и в науке не всегда обязательна. Так, например, мы в математике не в состоянии конкретно уловить (выделить) даже одну-единственную "бесконечно малую", тем не менее, говорим в самом начале дифференцирования: "Выделим и т. д", -- предполагая, что она, все-таки, есть. Говорим, вроде бы, совершенно абстрактно, а в результате! -- имеем имеем универсальное и столь плодотворное именно в конкретных практических приложениях дифференциальное исчисление.
Вот и попытаемся произвести сейчас своеобразное биологическое дифференцирование, не пытаясь уловить неуловимое. Уловить то первичное, что "павшею искрой зажглось", и то, что теперь неузнаваемо размыто за миллиарды лет дарвиновским естественным отбором.
Наша цель ведь не в этом.
Наша цель -- выделить то общее, вследствие чего эволюция успешно продвигает сразу две намеченные цели. А именно: прогрессивное движение вперед и бесконечное многообразие биологического мира на планете.
Итак, этап первый:
1. Миллиарды лет назад на планете в некий неуловимый неким удивительным образом возникло то, что мы сейчас назовем "праДНК".
Структура ее была такова, что она могла освоить только двадцать две аминокислоты из всех имевшихся в окружающей среде и только с левой симметрией. Начался бурный процесс размножения этих первичных ростков жизни, а многочисленные мутации тут же ввели в действие дарвиновский естественный отбор. Именно благодаря ему происходит дальнейшее поступательное накопление прогрессивных факторов выживания (так называемая "микроэволюция"), происходит до некоего принципиально иного качественного подуровня.
Направляющая организующая сила зажгла искру жизни из неживой материи. Сделав необходимое дело, она некоторое время, словно наблюдает пассивно за ходом эволюционного процесса со стороны.
Почему за миллиарды и миллиарды лет вероятностный скачок произошел только однажды?
Итак, возникновение из неживого живого -- первый организующий скачок. Далее:
2. Естественный отбор последовательно усовершенствует первичную "проДНК", подводя ее постепенно ко второму качественному подуровню. Наконец, опять же в некий неуловимый момент падает искра, происходит второй организующий скачок.
Что-то стало принципиально иным, что-то осталось за бортом. А далее прежний сценарий: то, что осталось позади уже не интересует направляющую силу, оно изменяется только в рамках естественного дарвиновского отбора, расщепляясь на множество подвидов. Но! -- принципиальный скачок то, что осталось позади уже не совершает никогда.
Почему, если это процесс сугубо вероятностный?
3. Точно по такому же сценарию эволюционный процесс продолжался и в дальнейшем вплоть до homo sapiens. После второго скачка дарвиновский естественный отбор опять же расщепляет со временем принципиально новое на множество подвидов, подводя последовательно к третьему качественному скачку и. . . снова искра!---и снова черта.
Позади черты что-то совершенствуется непринципиально в рамках микроэволюции, что-то вымирает, что-то даже регрессирует. Эти три известных фактора неузнаваемо размывают первый, второй и бесчисленные последующие подуровни-черты, неузнаваемо размывают то, что остается позади каждой черты. Заметными в результате остаются только следующие, основные этапы:
ДНК -- клетка -- многоклеточные -- разум.
И снова изворот наизнанку, и снова бесчисленное количество раз монетка выпадает лишь одной стороной.
Острие прогресса живой материи неуклонно движется вперед во временном эфире, оставляя за собой расходящийся широким углом "непринципиальный" остаток: неисчислимое разнообразие живых организмов на планете Земля.
А теперь о том, что на "наших глазах", для живого примера.
Когда-то порядка десяти миллионов лет назад из некоторого количества видов человекообразных приматов неуловимым до мистики образом выделился первичный гоминоид. Тот самый, первичный гоминоид, которому впоследствии было предназначено превратиться в человека разумного. Он отличался ничтожно мало от "исходного материала", лишь на ту самую неуловимую искру: искру разума. Но этот первичный гоминоид двинулся неудержимо к разуму, а все оставшееся за порогом человекообразное или вымерло, или таковым практически и осталось, изменяясь лишь в рамках дарвиновского естественного отбора.
Оставшееся за порогом черты человекообразное, несмотря на всего миллионолетние энгельсовские "труды", теперь всего лишь гориллы, шимпанзе, орангутаны... А мы уже и космическое пространство штурмуем.
