Бывший материалист и главный герой романа Игнат Горанский убежден на сегодняшний день, что вся хоть как-то доступная нам Реальность состоит из двух принципиально различимых составляющих.
Духовной и Материальной.
Принципиально различимых, но имеющих некий единый основополагающий фундамент. Именно единый -- это важнейшее, что дает нам шанс вести разговор всерьез, используя далее весьма эффективный метод.
Метод, к слову, весьма эффективный и в науке.
Это метод аналогий.
И потому вначале окинем широким взглядом более привычную для нас составляющую материальный Мир. А после, находя общие точки соприкосновения, попробуем провести обобщающие аналогии.
***
Сия весьма непростая задача облегчается значительно тем, что и в более привычном материальном Мире мы длительное время наблюдали принципиально аналогичную ситуацию. Принципиально аналогичную, но именно в масштабах материального Мира. Этот Мир также длительное время разделялся наукой на две принципиально различимые составляющие,
И действительно, на изначально предназначенном для нас уровне Мироздания (т. н. макроуровне) эти две составляющие многие годы выглядели совершенно разными. Миллионы лет макромир был наш единственный мир, единственная хоть как-то доступная нам необъятная старица. Миллионы лет мы забрасывали в нее лишь наши природные познавательные сети, мы вглядывались, слушали, трогали руками. Мы приближались к окраешкам незаметно, настороженно, крупицей, шажочком за тысячи лет. И вдруг неожиданный взрыв! -- молниеносный скачок.
Создав за коротенький срок НТР куда более совершенные познавательные сети, мы с замиранием сердца забросили их в далеко океан микромира. То, что обнаружилось там, ошеломило, захватывало, оно не укладывалось ни во что привычное. Не укладывалось настолько, что даже ученые всерьез заговорили о совершенно иных там законах.
Даже назвали их особо, назвали законами квантовой механики, но!---не унимаясь при этом никак, пытаясь вновь и вновь отыскать соединительные нити в родном и привычном. В том, что видим и слышим, чувствуем с первых мгновений.
И... беспросвет.
И только снова проблемы, и снова тупик. И лишь остается вздохнуть -- ну не получается дело, хоть тресни! Нельзя, нельзя натянуть микромир на привычный наш смысл, и слава Всевышнему, что хоть нашлось уравнение.
Только как натянуть на привычный наш смысл то, что с нашим привычным смыслом и вообразить невозможно?
Еще в школе поразила одна простейшая задачка. По условию требовалось найти соотношение сил электромагнитых и сил гравитации в атоме водорода. Решается-то элементарно, а результат поражает. Десять в двадцать третьей степени! -- попробуй-ка разместить в одну строчку столько нулей. . . Но ведь атом (не зря же Рэзерфорд назвал свою модель "планетарной") -- это та же солнечная система в сопоставимых масштабах. Пусть это грубо, пусть атом и "гораздо более пуст", отбросим для успокоения физиков хоть десяток нулей. Но ведь все равно остается совершенно невообразимая цифра! Что было бы с солнечной системой, если бы в ней силы притяжения вдруг увеличились в сто раз?
Катастрофа.
А в атомах эти силы мощнее относительно в миллиарды миллиардов раз! -- и атомы при этом "благополучно здравствуют".
Так как же?
Как натянуть без притирочки наше привычно-наглядное на этот совершенно невообразимый мир? Мир, который даже математически в миллиарды миллиардов раз отличается от нашего.
В микромире материя пребывает в каком-то невообразимом с точки зрения наших привычных понятий состоянии. Это нечто среднее между волной и частицей, но среднее также в каком-то невообразимом для нас смысле. А вот чтобы "вообразить" -- нужно гораздо лучше "увидеть", нужны познавательные сети с гораздо более узкой улавливающей ячейкой. Иначе говоря, нужен гораздо более высокий уровень эксперимента. Возможно, это позволит ввести какие-то более удобные величины для описания микромира, а возможно и станет окончательно ясно, почему лучше так и оставить его! -- его, "старое доброе" уравнение Шредингера.
Ведь мы сейчас прекрасно знаем, почему единственно приемлемо статистически-вероятностное описание молекулярного уровня. Просто совершенно бессмысленно лезть в молекулярный броуновский хаос с более привычными наглядными механическими законами Ньютона.
А сейчас сформулируем основную идею, которую необходимо проводить в дальнейшем на протяжении всего романа.
Обозначим ее предельно четко.
Два разных уровня (по сути, два разных Мира в миниатюре) внешне могут выглядеть совершенно по-разному, математическая запись их законов может выглядеть совершенно неузнаваемо
Ведь даже и в нашем привычном Мире имеется два столь же контрастных примера.
Твердое тело и волна.
Просто мы их видим глазами, мы к ним привыкли. Их колоссальное различие нас совершенно не удивляет. Но для описания движения твердых тел мы применяем законы Ньютона, а вот применение законов этих к описанию волны заведет неминуемо в непролазные дебри.
Нас спасают глаза.
