"Интересно выходит, реальность в очередной раз дала развилку. И сдается мне, в этот раз дело серьезнее. Прошлая развилка несла не такие уж серьезные отличия. Ну строй другой, драконы в Москве далеко не все, что в первом варианте, но строения все те же самые. А здесь веселье идет полным ходом! Я последний раз такие пейзажи наблюдал… ну да, когда Амарант вытаскивали с минус первого слоя в Нашаре. Дым коромыслом, где-то ещё тлеют огоньки пожаров, и явно не от естественных причин все это возникло. Значит, где-то бродят банды или хотя бы одиночные разбойники, совсем потерявшие страх и меру. Хорошо хоть патронов прихватил прилично, да и с оружием тоже неплохо. Эх, знать бы, какую именно драконью богиню собираются вызывать эти культисты. Очень надеюсь, что не Инанну, вот уж с кем в противостоянии шансов мало. А ведь Сергей наверняка знает", дракончик покосился на висящего в своеобразном "подвесе" из щупалец полковника, "вот уж кому сейчас неприятно. Висишь себе, и всех мыслей наверняка — если уронят случайно, далеко ли до земли лететь?".
Драконы начали снижаться. Похоже, где-то здесь и предстоит отдохнуть от дневных трудов. Или отчитаться перед кем-то… но вряд ли — Марин однозначно сказал, что "остальное — завтра". Правда, что именно имелось ввиду под остальным — неизвестно.
— Здесь будем приземляться? — повысив голос, чтобы перекрыть свист ветра в крыльях, спросил Асвер, — Оружие доставать сразу или мирно садимся?
Марта коротко рассмеялась, Вера состроила гримасу и покачала головой. Марин, которого уже укачало, взбодрился и стал пристально смотреть под ноги, когда перевозившая его драконица опустила его на городскую площадь и аккуратно поставила возле пьедестала со спешно мобилизованной из состояния памятника пушкой-сорокапяткой. Опустив с глаз довольно современный бинокль со встроенным ночным зрением, к уставшим драконам и Марину подошёл весьма колоритный тип — очень высокий и ещё более толстый блондин в дореволюционном мундире и при Андреевском кресте.
— Дождался. Что ж, вы молодцы! Лечение требуется?
— Нет, но несколько дней отдыха не помешает… — Сергей чуть качнулся из стороны в сторону, когда встал на землю уже без опоры щупалец, но устоял.
— Хорошо, — после добродушного похлопывания толстяка Марин снова качнулся. — Эй, кто не при деле?! Отведите их на гостевую квартиру и заплатите им обещанную сумму. Завтра мы вас отчествуем по-должному, но чёрт возьми, выпить я хочу уже сейчас!
И, запев оперным басом "Выпьем, милая старушка", отправился мимо безрукого памятника Ленину к зданию администрации, освещённому изнутри подрагивающими огоньками свечей.
Актовый зал административного здания Зеленограда знавал лучшие времена — впрочем, любое из них можно было назвать лучшим по сравнению с тем армагеддоном, что творился на Земле сейчас. Уцелевшие окна заколотили, выбитые расчистили от остатков стекла и превратили в огневые точки. Количеством стульев пожертвовали ради столов, расширив пропускную способность столовой до целого обеденного зала. Колоритный мэр с крестом — звали его Герман Андварафорс, и это имя показалась Асверу не менее экзотичным для русского, чем собственное — отвёл героев прошедшей ночи за лучшие места у сцены и сам уселся неподалёку:
— За диету заключённых на Соловках, которую нам тут подают, пусть извиняется мой интендант, моей вины в этом нету, — Герман, из боязни заляпаться сменивший вчерашний мундир на более скромную одежду, воткнул вилку в жареного голубя в компании варёных топинамбуров. — Эй, товарищ Сергей! Рассказывай нам, что ты выяснил, лазутчик недотёсанный…
Сергей Марин сидел за отдельным столом на сцене, будто политик на пресс-конференции, только вид у него был совсем не представительный. Ни переодеться, ни помыться он не успел, доктора либо так и не посетил, либо тот решил, что пациент скорее жив, чем мёртв, а в нынешних реалиях это уже всё равно что здоров. Когда на бывшего милиционера, а сейчас сам Асвер не знал кого, стали смотреть даже те из собравшихся людей и преобразованных от Изменений, кто на него не пялились раньше, Марин начал свой обстоятельный доклад лишь слегка ослабшим голосом: