— Если вы хотите помочь и готовы следовать нашим приказам, — Целея после договорённости вновь взяла первое слово, — то лучшая помощь от вас не та, что произойдёт в битве с Пентагидрой. Вам лучше не нападать на своих, а убедить их, что конфликт исчерпан, что они не должны мстить и продолжать уничтожение невиновных. Не берите пример со своих давних врагов антов, которые в захватнической войне Перуницы прежде всего навредили сами себе.
— То есть не брать пример с вас? — гиганты слегка презрительно посмотрели на Рареку и Алисару, по чьей мохнатости принадлежность к северному народу была особенно ярко заметна.
— Как раз мы Перуницу и окончили, если вы не знали, всеведующие, — Рарека ехидно улыбнулась.
— Раз вы оскорбляете нас, не имея на то ни статуса, ни права, — холодно оборвал её золотой, — мы вдобавок к Маске требуем равную долю сокровищ, собранных для призыва Пентагидры её последователями и которые вы не удержитесь от искушения разделить между собой. От друзей мы оплаты не требуем, но вы не похожи на наших друзей. К тому же вы обладаете свободой воли служить добру или злу, в отличии от нас, для кого невозможно поступить вопреки вселенским законам.
— Так ли уж? — обернулась на золотого фиолетовая. — Когда это философия стала законами физики?
— С тех пор, как души перемещаются по Светлым и Тёмным слоям согласно весу своей кармы, — вставила серебристая. — Жалко лишь, что эти законы известны и им, но они их не выполняют.
— А смысл, если они меняются в каждом столетии? — продолжала отвлекаться от переговоров фиолетовая. — При демиурге Семаргле на самые верхние слои брали только тех, кто соглашался перестать быть драконом и превращался в человека, вне зависимости от того, сколько зла и добра совершил при жизни. При Иероне брали самых больших садистов и мазохистов, потому что чем больше страдание, тем больше искупление. При Радвере и Хорламире всех "праведников", добравшихся до вершин небес, скинули в ад, потому что заповеди и карму, оказалось, можно менять постфактум. А если бы мы сами поступали всегда по высшим моральным ориентирам, мы бы не требовали ничего в оплату своей помощи, а служили бы только пассивным примером, потому что получать физическую награду — отказываться от награды кармы.
— Наша миссия не возноситься самим, а служить хранителями этой вселенной, — твёрдо заявила стальная. — Наши грехи и наша благодать не имеет значения, только грехи и благодать всех остальных существ. А забывая о достойной оплате, они ввергаются в порок алчности и чёрствости. Тебе стоит пересмотреть свои принципы альтруизма, Сэлльвира.
— Вы получите свою долю материальной награды и уважения, — заверила Анна, возвращаясь к делу. — А так же все, кто будут поклоняться вам, а не деструктивным щурам, будут легализованы. Драконы не преследуют никого за веру, только за злодеяния.
— Мудро, — заключила бело-серебристая и, подумав, протянула Анне на кончике когтя отрез белоснежной чешуйчатой шкуры. — Прими в знак нашего уважения. Поможет и в будущих подвигах, и в переговорах с нашими слугами.
— Переговоры на том считаю завершёнными, — резюмировал золотой. — Мы отвезём вас к Махаару. Ваши войска уже стягиваются туда, и до битвы осталось немного времени.
Асвер уже довольно скоро встретился с девушками, о которых он спрашивал, но встреча эта была мимолётный. Все союзные силы готовились к решающему бою и стягивались к Махаару. В предрассветных сумерках драконы, летавшие над городом-вулканом и вокруг него, больше походили на рои насекомых, столь их было много, защитные чары сливались в своём сиянии в подобие авроры.
— Учитывая сведения от Панихиды, план меняется… — Арвера глядела через прорезь штабной палатки на готовящихся к бою ополченцев и наёмников, ошалевших от резкого старта наступления. — Излучатель мы собрали в портативном чемоданчике. Бери его, бомбу и одевай свою сервоброню. Её дополнительно экранировали от любых электромагнитных воздействий, будешь как в скафандре.
