Я снова повернулся к пульту. Нужно добраться до записей с камер как можно быстрее, но совсем не удивлюсь, если это сделают раньше меня. Опустился в неудобное кресло, вытянув ноги, и связался с Хаммером. Безопасник ответил почти сразу, фоном слышались вой сирен и голоса, пару раз скрипнули покрышки: безопасник спешил, и, судя по всему, с командой.
– Да! – голос его звучал раздраженно. – Что у вас там опять произошло, господин следователь?
– Взрыв на мусоросжигателе, вырвалась плазма.
– Об этом уже доложили, потому и едем. Что-то еще? Какие-то мысли по этому поводу? Зачем вы туда потащились?
– Имеются. Даже несколько.
– Подъезжаю.
Они появились через минуту. Три длинных полицейских карта вкатились прямо в рабочий зал, из катящегося первым высыпались три пары нормов с длинноствольными винтовками, молча рассыпались по помещению. Из второго спешно выбирались эксперты в белых пластиковых халатах. Я мысленно похвалил безопасника за то, что тот не стал тратить времени. В последнем же карте оказалось всего двое пассажиров: за рулем сидел норм в форме, а все пространство за ним занимал огромный морф-полицейский. Стоило карту остановиться, морф поднялся, тяжело повел массивными плечами. Рессоры карта скрипнули, машина страшно раскачивалась, пока морф выбирался наружу. Я настороженно следил за тем, как огромная неповоротливая с виду фигура неожиданно легко несет себя на колоннообразных ногах.
Хаммер подошел ко мне, сказал с неприязнью:
– Ну, рассказывайте, что вы тут натворили!
– И вам здравствовать, – я огляделся, скользнув взглядом по ставшему вдруг многолюдным помещению и не найдя Войцеха. – Эксперты тоже с вами? Отлично. Просто отлично.
– Уверен, у вас на Земле все не настолько стремительно. Что здесь случилось?
Я кратко рассказал обо всем, что произошло с нашей последней встречи. Хаммер слушал внимательно, глядя мне прямо в глаза, затем спросил:
– А вы не думаете, что этот ваш Войцех…
– Что? Шпион? Если вы не досмотрели, тогда придется спрашивать именно с вас.
– Его проверяли, – безопасник скривил губы, смотря куда-то поверх моего плеча. – Все с ним было чисто, потому и приставили.
Я кивнул.
–Давайте по существу: как мне получить записи с камер?
Хаммер молча двинулся к пульту, я последовал за ним. С трудом разместившись в рабочем кресле, безопасник положил руки на пульт и замер на секунду. По ставшему вдруг удивленным взгляду я понял, что и у него появились проблемы с подключением. Он нахмурился, рассеянно потирая тонкие сухие ладони.
– Не пойму…
– Мой код тоже не подошел, – я кивнул, – хоть и должен открывать все двери.
– Почти все, – поправил он меня, все еще изучая что-то перед внутренним взором. – Но когда не срабатывает мой, это уже повод… эээ… секунду.
Я отвернулся и отошел, чтобы не мешать. Вокруг кипела скорбная работа, возле погибших, часть из которых уже упаковали в черные герметичные мешки, суетились эксперты. Появившиеся откуда-то морфы в черных комбинезонах перекладывали тела на носилки. В глубине ведущего в зал коридора мелькали полицейские маячки, двигались длинные тени, слышались негромкие деловитые голоса. Вооруженные полицейские по периметру откровенно скучали, винтовки висели на плечах, полицейский морф же занял место в расчищенном центре зала, откуда мог наблюдать за всеми одновременно.
– Господин Коростылев, – раздался за спиной голос Хаммера. Я обернулся. Безопасник тщательно скрывал растерянность, но голос его звучал вполне уверенно.
– Да? – спросил я, поворачиваясь к нему. – Получилось?
– Нет. – Он мотнул головой и недовольно поморщился. – Ваши недоброжелатели успели поработать и здесь. Нам понадобится специалист, а пока мы изолируем сервер. Будем надеяться, никто не успел добраться до записей. Пока можете идти, вам сообщат, если мои люди обнаружат что-то важное.
Мы обменялись кивками, и я двинулся в сторону выхода. В коридоре эксперты уже закончили работу, убрав тела. Но на полу, куда сыпалась копоть, оставались чистые участки там, где лежали тела. На стенах виднелись следы рук там, где их касались пытающиеся спастись мусорщики. Меня то и дело обгоняли морфы с носилками. Сколько сегодня погибло? Двадцать три человека? Просто из-за того, что кому-то понадобилось замести следы.
На площадке было не протолкнуться от полицейских картов и подоспевших белых крытых автомобилей, в которые складывали обгоревшие тела. Я остановился, пытаясь в мерцании полицейских маячков и хаотичном на первый взгляд движении разобраться, куда двигаться дальше, когда меня окликнули. Повернувшись на звук, я увидел Войцеха, сидящего в своем карте, ремонтник махал мне рукой.
– Наконец-то! – мрачно крикнул он. – Я было подумал, что уже не дождусь!
Морф успел умыться и выглядел теперь уж точно получше меня, но взгляд его оставался усталым и безжизненным. Я забрался к нему, тяжело упал на сиденье. Войцех пустил машину вдоль полицейских картов, вывел на серпантин, заговорил снова:
– Куда едем?
– Даже не знаю. – На меня вдруг навалилась усталость, я с силой потер лицо, сказал уже более уверенно: – Нужно выпить.
